Снова разлил. Молча. Угрюмо. Рига выпил еще стакан и усмехнулся.

– По ходу ее здесь чем-то разбавляют.

Перед глазами у Дима уже плыло. Резкий был старт. Он съел порезанный дольками лимон и поморщился. Нет, не заладилась жизнь в этом городе.

Бледное лицо Риги слегка порозовело – и только. Зеленые глаза даже не затуманились. Дим пытался изо всех сил сосредоточиться, допивая третий стакан.

– Какого черта мы это делаем? – сдался и отпихнул тарелки.

– Тебе же так проще, – Рига дернул плечами. – Иначе ты не можешь говорить о деле.

– Это паленая водка, – понял Дим. – Так, к черту, и отравиться недолго...

– Здесь и котлеты паленые…

Рига поднялся. Дим, едва держась на ногах, вышел за ним из кафе и сел на скамейку. Рига взглянул на него и объяснил спокойно:

– Весь город паленый. Курорт – и грязное небо. Море – и нет пассажирского порта, только торговый. Это тупик. Зачем ты сюда приехал?

– Влюбился. Я никогда в жизни не влюблялся, – сказал Дим. – А то перемкнуло. Показалось, что она чистая, светлая, необычная...

– И что?

– Я приехал к ней сюда. А она оказалась обычная... обычная проститутка. Как все.

Рига отвернулся. Посмотрел вдаль.

– А я здесь учился на классического филолога. Так занесло. Вот и выучился.

– Я хотел жить новой жизнью...

Рига кивнул.

– Везде одно и то же.

И вдруг протянул руку.

– Ну, не рыдай. Устроится.

Дим хотел протестовать и спорить, но язык не слушался. Рига довел его до гостиницы и кивнул молчаливому администратору.

– Мой друг выпил много кофе и должен отлежаться.

Похоже, жизнь гостиницы с приездом Дима стала намного живее и разнообразнее. Рига открыл номер и подтолкнул Дима к кровати, тот упал лицом на подушку. А Рига порылся в тумбочке, полистал его документы, сунул все на место и достал мобильник. Отошел к окну и нащелкал номер.

– Все чисто. Он лох. Валяется пьяный. Давай вечером притащу его. Сидеть с ним? Ладно. Буду телик смотреть. Да он и так не сорвется. Ладно, включу мультики. Давай...

Сел в кресло и нашел на пульте дистанционного управления детский канал.

Дим проснулся от выкриков.

– Маугли! Это наш малыш Маугли! – неслось откуда-то.

Рига обернулся от включенного телевизора.

– Привет, Маугли! Наш малыш...

– Ты что тут делаешь? – Дим сел на постели.

– Развекаюсь, – благодушно улыбнулся Рига и выключил ящик. – Ну? Как твоя голова?

И как только Рига спросил, голова заболела.

– Ты там аспиринчику глотни, потому что вечером поговорить надо будет серьезно, – предупредил Рига.

– С кем?

– Я не сам в городе, как ты понял. Но сети нет.

– Как нет сети? – удивился Дим.

– В обычном понимании, сети нет. Мы все работаем разрозненно. От клубов и от рынков. Я работаю на Флипера. Знаешь, игра такая с шариком? Вот, он и есть эта игра. Я играю с ним.

– Так не должно быть. Покрытие должно быть единым, а иначе прибыль будет уходить сквозь пальцы, – сказал Дим.

– Это тебе не мобильная сеть с единым покрытием. Город невелик.

– И столица невелика, но сеть одна, – парировал Дим.

– Оки. Это Флиперу объяснишь, – Рига отмахнулся.

– А вас под ним сколько?

– Шестеро.

– И только?

– Послушай... Маугли, наш малыш. Я же тебе объяснил, что здесь некому покупать.

– А туристы? А весь курортный бизнес? А моряки торговых судов?

– А пионерские лагеря? – помог Рига и замотал головой: – Нет, все намного уже.

– А знаешь, насколько можно это расширить?

– Девке своей скажи! – бросил Рига.

Дим сел и обхватил голову руками. Боль не уходила.

– У тебя ничего нет? – обернулся к Риге.

– Экстази, – улыбнулся тот.

– А в какую цену, если не секрет?

Рига назвал цену, намного ниже, чем в столице. И оказалось, что закупка здесь дороже. То есть брали через третьи, четвертые руки. Реализация едва покрывала убытки.

Рига тем временем позвонил в аптеку:

– Аспирин, девушка. «Спартак», номер триста два, – и подмигнул Диму. – Сейчас будет тебе лекарство. И новая девушка.