Шрифт:
Пленных, обыскав и связав, закрыли в гараже – до востребования. Рига отпустил почти всю бригаду, кроме нескольких человек.
– Мы здесь пока задержимся. Поговорить попытаемся, – кивнул в сторону гаража. – Собирайте пока всех. Думаю, к утру Дави отыщется.
Ребята разъехались. Остались Макс, Смол и Рустам. Если Макс и Смолин были из бригады Риги и прошли с ним столичный передел, то Руст – был человеком Дима и о методах Риги не имел ни малейшео представления. Видел только, что Рига – другой, что Рига – не такой, как Дим, понять его сложно, но верить ему надо. Однако то, что намечалось, напрягло помимо его воли.
– Думаешь, они расскажут что-то… про Дави? – спросил Руст у Риги.
– Пойдем, спросим.
Рига пошел к гаражу. Руст вошел следом и прикрыл дверь. Пленные валялись на цементном полу. Раненый был в полусознательном состоянии. Рига поднял за плечи другого и прислонил спиной к стене. Сдернул скотч с его губ.
Руст вспомнил, что этот парень сам, первым, бросил оружие и, значит, не должен был упорствовать при допросе. На миг словно отлегло от сердца.
– Вопросы простые, – Рига навис над сидящим. – Где Дави? Где Таня? Где кубло его блядское? Что с ней? Она… жива?
Руст услышал, как голос Риги сломался от волнения. Таким Руст его еще не видел. Рига с трудом держал себя в руках.
Парень замотал головой.
– Нет-нет… Я не знаю. Я не знаю, где Дави. Мне просто сказали ехать…
– Ты был с его бригадой!
– Я ничего не знаю. Я не встречался с Дави.
– И не знаешь, где он?
– Я не знаю… я…
Рига – совершенно неожиданно – ударил его ногой в лицо. Даже не затруднил себя склониться к пацану. Каблук его лакированного туфля мелькнул в воздухе, и тот повалился на бок. Лицо залила кровь. Руки пленного были связаны за спиной – он не мог ни стереть кровь, ни зажать разломанный нос.
Рига взглянул на него.
– Думай, пока я тебе мозги не вышиб!
И поставил ногу ему на лицо.
– Я только начинаю говорить с тобой серьезно. Если ты не хочешь умирать долго и мучительно, а хочешь умереть быстро и легко, тебе нужно хорошо подумать.
Руст попятился. Рига даже не обещал парню жизнь. Он обещал ему легкую смерть.
– Я не знаю, – кровь текла по губам.
– Не знаешь, сука?!
Рига с силой ударил ногой по корпусу. Руст просто на себе почувствовал, как почки пацана уходят в свободное плаванье. Ригу это не остановило. Безвольное тело жертвы подскакивало от его пинков.
– Да он... не знает, может, – сказал вдруг Руст.
– Так какого хрена он не знает? Едет куда-то и не знает, зачем? Стреляет и не знает, чего ради?
– Ради денег, как все…
Рига обернулся. Русту показалось, что он и его убьет в этот же момент.
– Не дрочи тут! Сходи утюжок принеси! – распорядился Рига.
– Какой утюжок?
– «Тефаль», твою мать! «Тефаль» – заботится о нас и о нашем здоровье!
Руст, пошатываясь, вышел. Смол шагнул навстречу.
– Говорит он?
– Он не знает…
– А ты куда?
– За утюгом.
Смол кивнул.
– Я все сделаю. Ты покури пока. Ты Ригу плохо знаешь просто. Он не остановится.
– Но парень не знает. Его пристрелить надо и все…
– Пристрелить никогда не поздно.
Когда Смол вошел в гараж, Рига курил, сидя на бетонном полу и прислонившись спиной к стене. Водила продолжал корчиться на полу. И по лицам невозможно было понять, кто кого терзает пытками и допросами. Лицо Риги посерело, волосы спутались.
Смол сел рядом и поставил у ног Риги утюг.
– Не надо теперь. У него шок, – Рига покачал головой.
– Руст сам чуть не помер, – усмехнулся Смол.
– Я и сам чуть не помер, когда он сказал, что не знает. Руст думает, за деньги это все. За паршивые деньги. Да будь они прокляты!
Рига словно утонул в едком дыму сигареты.
– А второй соображает? – спросил Смол спокойно.
– Не знаю. Спроси его. Я боюсь проломать ему что-то.
Смолин поднялся и пнул раненого в простреленное плечо, приводя его в чувство.
– Дави где?
Тот застонал. Смол швырнул утюг ему на живот.
– Осталось только включить. Ну?
– Где-то в заповеднике. За городом. Я там не был.
– В каком заповеднике?
– Отпустите меня, ребята, – выдохнул тот. – Отпустите меня…
– Отпустим. В каком заповеднике?
– На востоке от города. Там охотничий домик. Я не знаю точно.
Рига подошел тоже.
– Таня жива?