Шрифт:
– Да. Кажется, да. Ее охраняют.
– Палец ее был?
– Не знаю про палец. Не слышал. Отпустите меня. Я же все сказал, ребята. Я все сказал... Я больше ничего не знаю.
Сознание его мутилось от боли.
Рига бросил окурок под ноги, затоптал.
– Этот дом еще найти надо…
– Ребята.., – стонал раненый водила. – Ребятки, отпустите...
Смолин достал пистолет и выстрелил ему в голову. Потом подошел к другому и тоже нажал на спуск.
– Короче, едем.
Рига медлил.
– Давай, к утру все закончится! – дернул его Смол. – Не тормози, эй!
Снаружи ждали Рустам и Макс. Пахло марихуаной. Руст улыбался.
– Заговорили?
– Ну. Никто и не сомневался, – Рига подошел к машине. – На пятом километре Восточной трассы встречаемся. Я – к Диму, и сразу – к вам. Поедем охотиться в заповедник!
Руст оглянулся на гараж.
– Че с ними? Закопать?
– Взорви к черту! Надоело! – отмахнулся Рига.
Дави передали, что его ребят расстреляли в упор.
– Живой там кто остался? – спросил он только.
– Неизвестно, Дави. Сразу менты подскочили – следы затерли.
Дави все равно сделал свои выводы:
– Съезжать нужно.
– Куда? Проблемно сейчас – через степь ночью. Там открытое место, – поежился Грач. – И Рига привел много людей.
– Ригу я пристрелю лично. Лично! – Дави помахал перед носом Грача своим револьвером.
Пошел к охотничьему домику. Распахнул дверь, за которой находилась Таня. Она даже не взглянула в его сторону. Сидела неподвижно в углу.
– Поднимайся – едем!
Она молчала и не двигалась. Дави подошел ближе.
– Живая ты, э?
Лицо ее было бледно, глаза закрыты.
– Грач, иди сюда! – крикнул Дави.
В дверь протиснулся охранник.
– Не тяни, Дав! Валить надо.
Тот покачал головой.
– Я передумал. Посмотри на нее – доводит себя нарочно. Не дышит, но сердце еще стучит.
Грач зыркнул на Таню черным глазом.
– Рига едет сюда – пускай! – продолжал Дави. – Здесь мы и будем его ждать. Позиции у нас хорошие. Все вооружены до зубов. Пускай приходит. Пускай приводит своих людей. Мы подготовимся к их встрече, даже сообщим ему, что он идет верной дорогой.
– Как?
– А вот так!
Дави достал нож и прижал полумертвую Танину ладошку к ковру.
– Сейчас приведем нашу девушку в чувство.
Грач усмехнулся, но отступил.
– Да брось! Пусть сидит.
Но нож Дави уже вонзился в Танину руку. Потекла кровь, капая и впитываясь в ковер. Таня еще с минуту смотрела на кровь, а потом потеряла сознание.
– Тряпку ей дай какую-то, – бросил Дави Грачу.
Когда тот принес бинт, Дави уже заклеивал конверт с подарком для Риги. Дно конверта успело пропитаться кровью.
– Размокнет, – заметил Грач. – В целлофан надо было.
– На! – Дави швырнул ему конверт. – Упакуй и отправь Риге! Пусть целует ее пальчики.
Забинтовал безжизненную Танину руку. Грач еще топтался на пороге.
– Ну?
– А можно мне ее?
– Почту неси, слышишь?!
Грач поспешил исчезнуть. А Дави закрыл дверь на ключ, поднял Таню с пола и переложил на диван. Сел рядом и обхватил голову руками. Прошло несколько минут. Она застонала. И вдруг открыла глаза и взглянула на Дави.
– Больно? – спросил он зачем-то.
– Нет. Совсем не больно, – она медленно покачала головой. – А тебе?
– Мне?
Таня села на постели и улыбнулась.
– Я желала тебе смерти, а теперь – вовсе нет. Не желаю. Никто не виноват ни в чем. То есть мы все одинаково виноваты – тем, что мы здесь. И мы за это платим. Сеть убьет нас всех. Нас – как и других. Сеть не может не убивать, она не делает исключений. И ты тоже погибнешь, Дави. Мне так жаль тебя…
Взглянула на забинтованную руку и снова заулыбалась.
– Теперь никогда не выйду замуж – не на чем носить обручальное кольцо.
Дави заметил, как ее глаза наполняются не слезами, а спокойствием безумия. Он невольно отшатнулся.
– Я не причиню тебе больше боли. Не бойся.
Она засмеялась.
– Я не боюсь. Как тебе могло такое прийти в голову? Я не боюсь, потому что я ни на что не надеюсь. Сейчас надеешься и боишься только ты.
Таня вдруг взмахнула забинтованной рукой в воздухе.
– Боишься смерти, Дави. Это так смешно! Чего бояться? Здесь же везде смерть! Повсюду! Она уже разрушает все. Я слышу ее запах. Ты слышишь его, Дави? Ты чувствуешь запах смерти? Запах крови, ушедшей в ковер? Запах тихого леса? Запах свежевырытых могил? Могилы для вас уже вырыты! Они уже ждут…