Кальдак сделал паузу, давая землянину время уяснить сказанное.

Тот заинтересованно слушал то, что ему говорил командир. Спросил:

– Судя по вашему тону, с этим самым Амплитуром связано нечто неприятное, я прав?

Кальдаку это понравилось. Интерес, технология, разум. Все три составляющие цивилизации, казалось, присутствовали в этом землянине. Нет, они не покинут этот мир, пока не сделают его союзником Узора.

– Для того, чтобы понять Узор, вы должны знать кое-что об Амплитуре. А для того, чтобы понять об Амплитуре, вы должны знать кое-что о Войне.

Кальдак опять замолчал, ожидая какой-нибудь реакции на свои слова. Землянин не двигался и не произнес ни слова. Он слушал. Но капитан не знал, о чем он думал.

“По крайней мере сейчас он уже не улыбается”, - с удовлетворением подумал Кальдак.

9

С помощью транслятора, - и при необходимости вейс, - Кальдак подробно рассказал землянину историю конфликта между Узором и Амплитуром, историю войны, в которой в той или иной степени участвовало до сотни разумных рас галактики в течение более тысячи лет. Он рассказал о сущности всепоглощающего Назначения, которое вдохновляло амплитуров и их союзников, о стремлении многих рас остаться независимыми, о сопротивлении захватчикам и их непомерным требованиям, несмотря на природную способность последних внушением передавать свои желания и свою волю другим разумным.

Он рассказал землянину о том, как удалось Амплитуру распространить свое влияние на десятки разумных рас и цивилизаций. Рассказал о способе духовного контроля и биоинженерии. Он объяснил, что на протяжении всего этого затянувшегося конфликта обе стороны с упорством вели поиски новых миров, новых разумных. Амплитуры - для того, чтобы интегрировать их в свое Назначение. Узор - для того, чтобы заручиться их поддержкой и помощью в борьбе против агрессора.

– Редко удается отыскать на просторах Галактики достаточно зрелые миры, которые могли бы оказать нам ощутимую помощь в борьбе, - говорил командир экспедиции.
– Еще реже попадаются те расы, которые в состоянии участвовать с нами в этой борьбе бок о бок.

– Почему?
– простодушно спросил Уилл.

– Желание воевать, отнимать жизнь у другого разумного, - какой бы необходимостью это ни диктовалось, - проливать чужую кровь и причинять увечья… Все это противно образу жизни большинства цивилизаций. Это что-то вроде анафемы. Понятие, несовместимое с разумностью и разумом. Видимо, у вас подобное же отношение к проблеме, но дело не в отношении, а… Словом, надежда не покидает нас в путешествии по звездным системам… Узор очень силен, во многих отношениях просто могуществен, но всего этого недостаточно для того, чтобы успешно вести боевые действия. Непосредственно войну. Та же самая проблема была и у Амплитура, но они смогли совершить биоинженерную революцию и теперь имеют возможность менять генетический код у целого ряда разумных рас, что повышает в них агрессивные качества. Обладание мощным и тяжелым вооружением - это еще далеко не все, что нужно для победы. Военные компьютеры и анализаторы могут многое, но ими войну не выиграешь. Для этого нужны живые солдаты. Мой народ - массуды - находится с самого начала на передовом рубеже большинства битв и сражений. Так было и пятьсот, и тысячу лет назад. Нам не нравится наше ремесло, но мы в нем преуспели. Мы более других пригодны к этому, более всех прочих рас, составляющих Узор. Мы взяли на себя эту ответственность, ибо на наше место практически больше некого поставить. Например, вейсы, - он показал на своего переводчика-птицу, - физически не способны воевать. Та же история с о’о’йанами, юланцами и бир’риморами. Гивистамы и с’ваны могут принимать участие в битвах, если возникает безвыходная ситуация. Но их возможности очень ограниченны. Турлоги могли бы воевать, да не желают. Впрочем, эта раса столь малочисленна, что ее участие в боях не играло бы решающего значения.

Помимо нас, массудов, только чиринальдо являются боеспособной расой, но из-за своих физиологических особенностей и грузности они малоэффективны в ближнем бою, который является важнейшим видом боевых действий.

– Постойте-ка, - выпрямился на диване Уилл.
– Не понимаю, какое отношение имеет обыкновенная рукопашная к войне, которая ведется целое тысячелетие и охватывает гигантские галактические пространства?

– Война - это всего лишь крайняя форма спора, - начал объяснять Кальдак, очень надеясь на то, что транслятор переведет все, как надо.
– Если вы убиваете вашего оппонента, он уже не имеет возможности поменять свою точку зрения и стать вашим сторонником. В этом отношении у нас немного больше развязаны руки, чем у Амплитура. Покорив мир и стерилизовав его поверхность тяжелым вооружением, они, разумеется, уничтожают врага, но одновременно с этим теряют возможность получить в ряды своего Назначения новообращенную расу. Они делают все, чтобы избежать крупных потерь среди противостоящих им разумных. Хотя, насколько мне известно, за всю историю конфликта им пришлось сделать два исключения. И оба раза они, одержав победу, скорее потеряли, чем приобрели. Что же касается непосредственно вашего замечания, то я могу сказать следующее. Космическое сражение - это редкий случай, это самое последнее средство, ибо, во-первых, победу одержать при этом практически невозможно, а во-вторых, победа может быть достигнута лишь ценой огромных потерь. Корабли совершают перемещения из субпространства в обычный комплекс с непредсказуемыми интервалами. Задерживаться в обычном пространстве долго нельзя, ибо существующие системы тяжелых вооружений способны разрушать корабли любых модификаций и размеров. Война на поверхности планет - это проще, безопаснее и несравнимо эффективнее в смысле конечного результата.

– Если говорить об амплитурах, - подала голос вейс, щелкнув клювом для привлечения к себе внимания, - то это для них самая удачная возможность осуществлять свою пропаганду. Амплитур стремится интегрировать в свое Назначение все новые и новые массы разумных. Мы тоже проводим агитационную работу. Пытаемся убедить союзнические амплитурам войска восстать против своих хозяев и присоединиться к борьбе непокорившихся народов.

Проблема в том, что убедить союзников амплитуров очень трудно. У них создался искаженный образ этой зловещей цивилизации, который очень трудно развеять. Некоторые расы называют амплитуров своими учителями, хотя толком не понимают, чему их учат. Если говорить о старейших союзниках Амплитура, - криголиты, молитары и другие, - то за тысячу лет в результате вмешательства биоинженерии их гены настолько сильно мутировали, что представители этих миров уже неспособны к независимому мышлению.

Уилл долго молчал, прежде чем что-то ответить на все это. Наконец решился:

– Вот, значит, что вам нужно… Вы хотите, чтобы мы присоединились к войне, которую вы ведете?

– При первом же контакте с любой открытой нами цивилизацией мы искренне выражаем эту надежду, - сказал ему Кальдак.
– Ваш вклад в общее дело будет зависеть от ваших способностей и возможностей. А это еще надо изучить и определить. Например, те сведения о ваших технологиях, которые мы накопили к настоящему моменту, очень противоречивы и вызывают в нас смущение. В некоторых областях вы не смогли уйти далеко вперед от самого примитивного уровня, в то время как другие отрасли достаточно глубоко развиты и продвинуты. Скажем, мы обнаружили гораздо больше спутников связи на орбите вашей планеты, чем требуется для осуществления их функций. С другой стороны, вы, по-видимому, до сих пор не выбрались за пределы собственного мира.

– Мы были на Луне!
– горячо возразил Уилл.
– А автоматические аппараты побывали на всех планетах Солнечной системы.

– Мы не обнаружили ни одного факта, который бы подтверждал это.

– Они посылались нерегулярно. Так, от случая к случаю… Сначала к космическим программам возник большой интерес. У нас и у русских. Но потом эта волна спала. А сейчас вроде опять что-то затевается. То ли на Марс полетим, то ли на Венеру… Я-то в этом совсем не разбираюсь, точно ничего сказать не могу.