Когда они оказались на свежем воздухе, Шурка мгновенно протрезвела.

– Я домой поеду, – сообщила она, тоскливо глядя вдаль.

– Мы тебя проводим, – предложила Вера.

– Не нужно, сама доберусь. Завтра увидимся.

Пока всем, – сказала Шурка и пошла по направлению к метро.

– Странная она какая-то, – заметил Нил.

– И несчастная, – добавила Вера. – У нее матери нет. А отец вечно занят, как и мой.

Они пошли к автобусной остановке и уже через сорок минут были возле дома.

Вера открыла дверь, зажгла в прихожей свет. На часах было десять. Родители еще не вернулись. Возможно, они даже и не звонили ей, а возможно, звонили. Вера решила, что не станет прослушивать запись. Это уже не имело значения. Она дома, уставшая, но довольная. Вечер оказался интереснее, чем она могла предположить.

Приняв душ, Вера нырнула в постель. Луна потихоньку пробралась к ней в комнату, тускло осветив поверхность компьютерного стола. Почему-то вспомнился вчерашний разговор с мамой.

– В кого ты такая уродилась? – спрашивала мама, размахивая руками для большей убедительности. – Почему тебя тянет дружить со всякими Шурками, которые не знают, что такое дом, семья. Почему ты не берешь пример с Лизы такая толковая спокойная девочка. Прежде чем что-то сделать, сто раз подумает.

– Ну не повезло вам с папой, что я не «взвешенная» Лиза, – огрызнулась Вера, уставшая выслушивать нотации. – Мам, а может, меня в роддоме подменили? Может, я вообще не ваша дочь?

– Вера, я пытаюсь с тобой серьезно поговорить. Не морочь мне голову своими глупостями. И сердечные увлечения у тебя странные, – продолжала мама, не сбиваясь с основной мысли. Разве мы были бы против, если бы ты встречалась со своим ровесником? – спросила мама себя и тут же ответила: – Разумеется, нет. Но тебя угораздило увлечься мужчиной вдвое тебя старше! Его чуть не выкинули с кафедры, когда узнали о вашей дружеской переписке.

«Почитай Фрейда, мамочка, – хотелось сказать Вере, – там подробно описано, что привлекает молоденьких девушек в мужчинах постарше – недостаток отцовской любви. А Джима мне жалко, он тут ни при чем».

«Вот мама была бы довольна, если бы я по-соседски влюбилась в Нила», – подумала Вера, улыбаясь в потолок. И тут в ее воображении совершенно неожиданно возник образ темноволосого парня с кием в руках. Вряд ли она еще когда-нибудь встретится с ним. Ходить по таким барам не ее стиль, напрашиваться на знакомство – тем более. Разве что произойдет чудо и они столкнутся на улице? Впрочем, весьма сомнительно, что он вспомнит ее, даже сбив с ног. Ну и пусть. Может, это и к лучшему, что чудеса так редко случаются в наши дни…

Образ улыбающегося бильярдиста потихоньку размылся, унося Веру в сон.

4

– Собирайся быстро, идем в ДК на дискотеку, – заявила Шурка с порога.

– С какой это радости? – спросила Вера.

– Львов звал, сказал: приходите – не пожалеете.

– Шур, а почему ты не зовешь его по имени Андрей? То Счастливчик, то Львов? – спросила Вера, теряясь в недоумении.

– Потому что мне так больше нравится, -коротко объяснила Шурка. – Ну что, идем?

Вера задумалась. Скорее всего, Львов звал одну Шурку, сказав: приходи – не пожалеешь. Вера собралась отказаться. Танцы для нее выглядели еще менее привлекательно, чем ночной клуб, где она однажды побывала со своей двоюродной сестрой Ниной и ее ухажером Малхазом.

– Знаешь, я лучше посижу дома, а ты иди, потанцуй со своим Счастливчиком.

– При чем здесь Львов? – возмутилась Шурка. – Я, если хочешь знать, о тебе пекусь. Сама же сказала, что собираешься измениться и перестать быть компьютерным сухарем.

– А я не буду включать компьютер, – покривила душой Вера. Она как раз хотела просмотреть свою почту, рассчитывая, что английские подружки написали ей.

Малиновые губы Шурки обиженно скривились. Она была настроена на эту дискотеку. Пришла нарядная, в серебристом платье стрейч без рукавов.

– Не пойду без тебя.

– Глупости.

– Не пойду, и все, – уперлась Шурка и для убедительности сбросила с ног элегантные туфельки.

– Ладно, идем на твою дискотеку, – сдалась Вера. – Только я должна предупредить маму.

– Как хорошо, что моя мамочка, родив меня, исчезла «в никуда».

Вера сделала вид, что не услышала этих слов.

На самом деле Шурка очень переживала, что мать ее бросила в родильном доме. Растил ее один отец, любящий, но совершенно беспомощный, когда речь шла о взбалмошности дочери.

Вера позвонила маме на работу и буквально выклянчила у нее разрешение вернуться домой в половине двенадцатого.

А потом она переоделась в черные джинсы клеш, расшитые внизу золотом, и коротенький топ голубого цвета. Краситься Вера не сталаIlОБОSlЛась, что от жары ресницы «поплывут». На ее рсшсние даже не повлияло то, что Шурка явилась при полном боевом параде.

– Я готова, – сказала Вера, выходя из своей комнаты. – Только у меня денег на входной билет нет, – предупредила она с опозданием.