Ослепительный и безукоризненно элегантный, входит Джон. Белый парусиновый пиджак перекинут через руку; в руке белая соломенная панама.

Контраст между Джоном и другими присутствующими мужчинами разителен: гордость общества — и его отбросы.

Альма (скрипуче-жеманным голосом). Совершенно верно, это наш… почетный гость! Рада представить всем присутствующим доктора Джона Бьюкенена.

Джон (окинув собравшихся непринужденным взглядом). Всем присутствующим — привет! (Альме.) Я много пропустил?

Розмери. Добрый вечер!

Мисс Бэссит. Боже мой, доктор Джон!

Альма Да нет, пустяки. Всего лишь оглашение протоколе®… Я устрою вас на диване. Рядом с собой.

Мисс Бэссит. Вот уж не думала увидеть его здесь. Поздравляю, мисс Альма.

Беззвучно хохотнув, Альма делает неопределенный жест. Джон осторожно присаживается. Все уставились на него с жадным любопытством,

Альма Ну, вот и все в сборе!

Мисс Бэссит (со значением). У Вернона с собой его пьеса в стихах!

Альма (без особого энтузиазма). Правда, Вернон?

Сомневаться в этом не приходится — на коленях у Вернона кипа бумаг дюймов восемь толщиной, которую он, стыдливо потупившись, приподнимает.

Роджер (поспешно). Читку пьесы решено было отложить, пока не станет попрохладнее. Сегодня было намечено заслушать реферат мисс Розмери об Уильяме Блейке.

Мисс Бэссит. Умерший поэт не должен преграждать дороги живому!

Джон засмеялся.

Альма (вскочив, с возбуждением). Миссис Бэссит, леди и джентльмены! Относительно пьесы мнение мое таково. Читку ее, как событие первостепенной важности, следует провести при максимально благоприятных условиях, Не только атмосферных — в прохладный вечер, — по и под специально подобранную музыку. А главное — в присутствии всех без исключения членов кружка, чтобы прослушал ее каждый. Почему бы, нам?..

Роджер. Почему бы нам не проголосовать этот вопрос?

Альма. Прекрасно! Замечательно!

Роджер. Кто за то, чтобы отложить читку пьесы до более прохладной погоды, прошу встать.

Все встают, кроме Розмери и миссис Бэссит. Розмери было недоумевающе приподнялась, во миссис Бэссит дергает ее за руку.

Розмери. Это что — голосование?

Роджер. Я попросил бы вас, миссис Бэссит, не оказывать давления.

Альма. Опахала у всех? У вас, кажется, нет, Джон. (Осматривается в поисках опахала для Джона и, не найдя, берет пальмовый лист из рук Роджера — тот озадачен — и передует Джону).

Розмери (встает с рефератом в руках). «Поэт Уильям Блейк родился в 1757 году. Он был безумно мечтательным…»

Мисс Бэссит. Он был попросту безумным! У него не все были дома, у вашего Блейка! (Изо всех сил зажмуривается и затыкает уши пальцами.)

Реагируют на ее выходку по-разному — одни возмущены, другие ее увещевают.

Роджер. Послушайте, миссис Бэссит!

Мисс Бэссит. У нас в стране свобода! И у меня есть право высказать свое мнение! Кроме того, я собаку съела на Блейке. Продолжайте, Розмери. Мои замечания не относились к вашему реферату.

Розмери, однако, надувшись, садится.

Альма. Что вы, Розмери, — миссис Бэссит просто пошутила.

Розмери. Не буду я читать, раз она придирается.

Мисс Бэссит. Еще чего — придираюсь! Просто я не могу понять, к чему пропагандировать творчество этого пьянчуги, который к тому же давно умер!

Вернон. Пьянчуги?

Голоса.

— Вот как?

— А мне и невдомек!

— Неужели правда?

Альма. Миссис Бэссит ошибается. Вы спутали Блейка с кем-то другим, миссис Бэссит.