Мы сетуем на быстротечность! Hу?

Виним в несправедливости тугие,

Страдающие паранойей стрелки!

А между тем, сии упрёки мелки,

Как, может быть, наверно, и другие,

Поставленные Господу в вину.

Итак, взгляните, мы живём меж скал

Застывшего промеж мгновений время,

Для нас опрысканного на бегу

Внезапным клеем липкого рагу,

Изваренного из сухого семя

Полей, в которых Млечный Путь скакал.

На острие стальной калёной мглы,

На самом кончике застывшей битвы,

Едва достигшей апогея в том,

Что называют всуе бардаком,

Мы поселились на разрезе бритвы

И обживаем острые углы.

* * *

Я в таинствах немого примирения

С негодными предательскими снами

Нашёл свое утраченное кредо,

Как краешек разлитого варенья

Собой являет грозное цунами

Для всех, кому ещё бездонней небо.

Я обнимаю тех, кто изневолен

Своей души изъеденным мочалом,

И возвращаю горький поцелуй

Тому, кого залил бы алкоголем

И позабыл бы все его начала

Средь первозданных одиноких струй.

Так возникая в отраженьи судеб,

Растянутых в тугие струны буден

В несовершенных святотатствах уст,

Мой жалкий профиль, утомлённый трутень,

Бежит от края, что чрезмерно люден,

К иному краю, что чрезмерно пуст.

* * *

Мне ещё многому так надо научиться,

Мне ещё многому так надо научить.

Такая сложная наука - просто жить

И не ловить за хвост несчастную синицу.

Мне ещё много надо серых журавлей

Поймать средь неба вверх подвешенных пределов

И, разрыхляя свет, по выделке небелый,

Разбережать в себе остаток светлых дней.

Мне ещё много ненаписанных стихов

Пропеть хотелось бы, хватило б только силы,

Чтобы не вышли эти песенки плаксивы,

Как то бывает с приближением годов.

Мне ещё многое придется позабыть,

И даже то, - узнать что предстоит лишь,

И к этой жизни, видимо, привыкнешь,

Лишь как придет пора отвыкнуть жить.

* * *

Завороженный творогом,

Нежным творогом зим,

Всё, что было мне дорого,

Растерял и забыл.

Всё, что было мне значимо,

Важно больше не мне,

И в чертах обозначенных

Календарь на стене.

Расколоченным омутом

Бьётся сердце забот,

И каким-то поломанным

Выдаётся восход.

И каким-то не выданным

Замуж или врагу

Возникает предвиденье

Острой боли в боку.

Не витаю в сознании,

Как в пергаментах грез,

А хромаю в старании

Урезонить невроз,

И брожу незамеченный

Средь творожности зим,

Как больной обесцвеченный,

Лишь с тобой не один.

* * *