А я только для того, чтоб коляску покатать на улице.

Максим слушал, опершись на руку, и думал о Динке.

О том – как ей сейчас у дедушки и бабушки, о том – как её ждут другие дедушка и бабушка в Питере...

Завтра день её рождения.

Завтра день гибели Ольги.

Смотрел с грустью на Ольгу, которая сидела и рассказывала «вперемешку» о своей «нелегкой» жизни, изредка хлюпая носом и гладя рукой записки с вершин.

Вспоминал свое детство, родителей, братьев, тайгу....

– Возьми их себе. Подлинник. Не отвертятся, – с улыбкой перебил он Ольгу.

– Вот – вот. Теперь – не отвертятся, – Ольга улыбнулась.

– Давай доедаем и чай.

Будем пить чай, – Максим посмотрел на притихший костер.

– И настанет час «потом», – добавила Ольга вставая.

– Час чего? – Максим посмотрел на неё.

– Час «потом». Ты все время говорил – «Давай потом. Давай потом.»

– Давай потом. Сначала чай, – Максим встал и пошел за дровами.

– Нет. Максим. Я еще тебе сказать что-то хотела...

Дай я тебя «бодну», а потом скажу? – Ольга хитро смотрела на него.

– «Бодну» – это как?

– Вот так, – Ольга толкнула Максима лбом в плечо.

– «Бодай» и говори, – Максим оперся рукой о камень, чтоб не упасть.

Ольга раза три ткнулась ему лбом в плечо.

– Максим. Я хочу искупаться. Я хорошо плаваю, но я не буду плавать, я только полежу в воде. Если ты боишься, то можешь привязать меня веревкой. Я только немного полежу в воде и все, – затараторила Ольга, – ...А потом чай. А?...

... Я знаешь, первый год жизни на балконе жила. Меня кормили и на балкон – с глаз долой. Там и выросла. На морозе и на стуже, под завывание вьюги. Под гром и молнии. А?...

Ольга сложила ладони перед собой и старалась жалобно смотреть на Максима.

– Ты тут не очень на родителей наезжай! Правильно делали.

У меня Динка так же росла первый год.

Тьфу–тьфу, – не сглазить бы, – до сих пор не знаем, – что такое болеть,... – Максим осекся, не договорив.

Ольга замолчала, отвернулась к озеру.

– А сколько ей лет? – спросила она, обняв себя за колени.

– Завтра будет три.

День рождения у неё завтра, – ответил Максим.

– И у мамы день рождения. Чудно! Две Динки в один день. И имя-то не частое..., – Ольга продолжала смотреть на озеро.

– А мама её где? – спросила она помолчав.

– Мамы с ней нет. Она осталась в горах. Далеко отсюда. Очень далеко. Два года, как уже нет. Завтра – как два года уже нет.

Максим закурил и тоже стал смотреть на озеро.

– Плохо без мамы Динке.

...Маленькая. Еще не знает, как плохо бывает без мамы. Девчонка же.

А кто ей косички заплетает? – Ольга повернулась к Максиму.

– Я. Бабушка иногда. Сейчас другая бабушка, наверное... Может кто ещё. Там много – кому заплетать.

– Нет. Это очень важно, кто заплетает косички.

Мама мне раньше песенку пела, когда заплетала. А если папа, то сжимал так коленками, что даже дышать было тяжело. Я помню, помню.

А где это – «другая бабушка»?

– В тайге. На Урале. У моих она сейчас. Мы приехали к ним, а уже оттуда я – сюда.

– Кругом одни вруны! А когда вы с Ди познакомились? – Ольга развернулась к Максиму.

– За пять часов до нашей встречи, – Максим смотрел ей прямо в глаза.

– Кругом одни вруны!

Меня отдать незнакомому человеку! Первому встречному на дороге!