– Попросил. Попросил смотреть туда и думать, – перебил её Максим.

– Когда ты меня попросил смотреть на ту стенку и думать, а сам сидел и смотрел на меня вон там, – Ольга кивком показала на берег, где была тропа.

– Я смотрел на озеро, – Максим опять перебил её.

– ... и смотрел на озеро, на берегу которого сидела я. То вот там, – Ольга опять повернулась к озеру, – появилась лестница.

...Она уходила в облака. Вот так вот.

– Обычная лестница? – спросил её Максим.

– Ну, как. Ну, не такая – с перекладинами, а каменная лестница. Широкая.

Но что странно, – посередине лестница одна ступенька была высотой метра два, два с половиной. Так трудно определить. Я примерно прикинула по тому дереву, видишь стоит одинокое дерево. Какая высота его? Как думаешь? – Ольга показывала на стену.

Максим стал оглядывать склоны, сравнивая.

– Думаю метра три, три с половиной, – сказал он.

– Вот и я так тоже посчитала. Два, два с половиной метра была та ступенька. Одна такая. Все остальные нормальные.

... Я – дура? Да?

– Куда она шла? – спросил Максим.

Ольга долго внимательно смотрела на Максима.

– Максим, – она не отрывала взгляда от его глаз, – Скажи, пожалуйста, не пугай меня, откуда у вас у всех вот эти стереотипы.

... Если лестница – то куда?

Откуда! Понимаешь – лестницы для того, чтоб спускаться. А выключатели – чтоб включать, а не выключать. А ключи – чтоб запирать, а не отпирать. Понимаешь? Ты меня понимаешь?

... У вас все с ног на голову. Мир функционален. Понимаешь?

Если я здесь – то так надо. Если ты здесь – это карма. Свою карму надо уважать.

Это крест, который человек несет. И нести его он должен с достоинством.

Если ты живешь – это же чудо, что ты живешь. Просто живешь – и это чудо.

Как вы не можете понять, что «жить лучше» – это признак дебилизма.

Если человек живет – это предел. Не может быть более чистого золота, чем чистое золото. Предел. Понимаешь? Предел.

Купить яхту для развлечения и радоваться, что в трехсотом знаке после запятой, вроде восьмерку заменил на девятку. Ну? Кто он?...

Ольга замолкла.

– И какая она эта лестница? – нарушил молчание Максим.

– Максим! Ну, как я тебе могу рассказать о том, чего ты не видел? У? Как?...

Как бы я не рассказывала – это будет, – как я увидела лестницу. Понимаешь?

...Не такая, какая она, а как я её увидела.

– Надо было сфотографировать? – прервал её Максим.

– А я не знаю? Я не знаю того, что все знают, что надо было мне делать.

... Бежать к фотику, чтоб она пропала за это время? И не сфотографировать, и не запомнить? Да? Давай я тебе её нарисую? Давай бумагу.

– Сейчас принесу, – Максим встал и пошел к палатке.

... – На! – вернувшись он протянул Ольге «блокнот–свиток», карандаш и ручку.

Ольга раскрыла блокнот расправила лист и уверенно карандашом стала рисовать сначала озеро, потом палатку.

– У тебя хорошо получается, – Максим заглядывал Ольге через плечо.

– Школа. Я художественную школу закончила. Даже в Суриковское собиралась. Потом передумала. Не рисую, не пишу больше, – Ольга продолжала рисовать.

– Почему? – Максим сел напротив.

– Понимаешь, соревноваться с цифровым фотоаппаратом в достоверности,– глупо.

...Художник – это фильтр. Понимаешь, он пропускает сквозь себя увиденное, а на выходе уже готовый продукт, доступный для огромного количества людей.