– Чтобы разрабатывать суставы, Хьюго посоветовал мне заняться портняжным делом ...днем, а вечера велел проводить в танцклассе.

– Правильно!
– вскричала Анна-Сорита.
– Ножницы, иголки, булавки разрабатывали пальцы и кисти рук, а танцы не давали закостенеть ногам. Всё-таки мой дед - гений!

В то лето Анна с родителями и Харун Шариф провели много приятных часов на пляжах Гривы. Эрик ходил со знаменитым гостем в океан "ловить большую рыбу", как восхищенно отзывался потом мастер, Эления угощала его знатными ужинами под отцовское вино и только Анна почти не общалась с Главным королевским портным, чем откровенно задевала его эго.

– Я заметил, ты никогда не расспрашиваешь меня о платьях, - попытался стать накоротке с девочкой Шариф, он уже понял, что она сильный маг, но кроме магии любит читать и иногда рисует, хотя всегда прячет альбом, когда Харун к ней подходит. И ему вдруг стало любопытно, что же Анна-Сорита думает о его творчестве.

– Мне это не интересно, - честно ответила малышка.
– Вы ведь не обижаетесь?

– Нет, конечно, почему я должен обижаться?
– улыбнулся тот.

– Ну ...мама говорит, художники - тонкие натуры, правда, я не совсем понимаю, что это значит.

– Дочь, - Эления укоризненно покачала головой, - я же объясняла, творческий человек чувствует более тонко, чем большинство из нас, поэтому чутко реагирует на критику.

– Если критика конструктивна, уважаемая, я готов её выслушать и принять, - ответил с достоинством Шариф.
– Анна-Сорита, я уже понял, что ты избегаешь разговаривать о моей работе, но мне очень интересно твое мнение.

– Обещаете не обижаться?
– с сомнением спросила девочка.

– Клянусь, - торжественно заверил её мастер.

– Тогда, первое, - Анна уперлась кулачками в бока.
– Кто сказал, что серый цвет - это красиво? Все ваши наряды мышиного цвета, хоть и разных оттенков, правда, есть еще коричневый и черный, но и они лично меня совсем не радуют.

– Яркие краски - удел простолюдинов, это все знают, - возразил Шариф, любуясь горячностью девочки.
– Аристократы предпочитают приглушенные неброские тона.

– А кто сказал, что голубой, желтый или красный цвет это плохо?
– заспорила Анна.
– Вы же сами навязали дамам своё мнение! Конечно, я в фасонах не разбираюсь, но даже не хочу этого делать, потому что, когда вижу всё серое и невзрачное, мне становится неинтересно.

– Невзрачное?
– вскричал Шариф.
– Да мои платья носят самые родовитые дамы королевства.

– И, конечно, восхищаются ими?
– ехидно поинтересовалась девочка.

– Да!

– Врут!
– убежденно заявила Анна.

– Дочь, - обеспокоенная Эления встала из-за стола беседки, где хозяева в тот день принимали гостя, и решительно приказала, - немедленно извинись!

– Он первый начал, - надулась Анна-Сорита, но видя недовольство матери, вздохнула и опустила голову.
– Я прошу прощения, что была груба с вами, мастер Шариф.
– Но от шпильки не удержалась.
– Просто я еще слишком мала, чтобы иметь право высказывать своё мнение.

Харун расхохотался, а потом вообще бросился обнимать и щекотать девочку.

– Нахалка, - проворчала, улыбаясь, Эления.

– Искренняя и честная девочка, - заметил Гвидо, всё это время тихо сидевший в стороне.

– Вы абсолютно правы, барон, - ответил мастер, выпуская из объятий Анну.
– Но давайте, всё-таки, продолжим разговор, - вернулся он к теме обсуждения.
– Во-первых, тебе не нравятся цвета моих платьев, а во-вторых?

– У мамы и её подруг красивые шея и грудь, а ваши платья их скрывают. Почему дамам нельзя носить декольте?

– Что, позволь спросить?
– удивился Харун.

– Анна!
– Эления вспыхнула.
– Так нельзя!

Но дочь, не обратив внимание на возглас матери, откровенно объяснила:

– Декольте - область тела от верхней части груди и вверх, - Анна, увидев, что мастер её не понимает, вздохнула.
– Ладно, я покажу, - и в её руке возник альбом, который она раньше всё время прятала от пытливых глаз Шаруна.
– Когда мы познакомились, я вдруг начала рисовать платья, можете посмотреть ...и даже критиковать, я не обижусь.

Да уж, ТАКОЕ увидеть Харун не ожидал. Большие листы альбома были покрыты настоящими шедеврами. Платья всевозможных фасонов и расцветок, сочетание гладких и цветных тканей, кожи и меха, обнаженные плечи и грудь дам в альбоме украшали сверкающие драгоценности, но главное - эти рисунки были живыми.

– Но как?
– потрясенно выдохнул мастер.
– Как тебе удалось..?

– Можно?
– Эления тоже захотела рассмотреть художества дочери. Из-за её плеча в альбом заглянул Эрик и лишь Гвидо не проявил любопытство, он и так знал, что рисует Анна, от деда у неё секретов не было.
– Откуда ты всё это взяла?