– Я не знаю, мама, - вздохнула девочка.
– Это мастер Шариф на меня так подействовал. В моей голове вдруг стали появляться образы, цвета и фасоны нарядов. Они мне даже спать мешали, - пожаловалась неохотно.
– Вот я их и нарисовала, чтобы избавиться...

– Помогло?
– вскинул бровь Эрик.

– Ещё как, - в тон ему ответила дочь.

– Верните альбом, уважаемая, - попросил Харун.
– Мы с Анной-Соритой ещё не закончили.
– Пролистав несколько страниц, он ткнул пальцем.
– Вот это декольте?

– Да, - кивнула Анна.

– А слово откуда взяла?
– опять встрял Эрик.

– Не знаю, вдруг всплыло в памяти, - девочка подняла взгляд на отца.
– Но я уверена, выражение верное.

– Хорошо-хорошо, - мастер разве что руки не потирал от нетерпения.
– Согласен, ...э-э ...декольте украшает женщину, но ведь выглядит неприлично.

– Зато возбуждает, - снисходительно пояснила Анна и замерла - Эления смотрела на неё широко открытыми глазами и взгляд матери не обещал ничего хорошего.
– Мама?
– жалобно спросила девочка.

– Иди к себе, - припечатала та, - ужинать будешь в своей комнате.

– Я провожу внучку, - Гвидо укоризненно посмотрел на невестку и вышел вслед за Анной.

– Вы не правы, уважаемая, - мастер Шариф встал и вдруг, наклонившись, поцеловал Элении руку.
– Ваша необыкновенная дочь - гениальна во всем, а её непосредственность и честность тешит моё каменное сердце, - он грустно улыбнулся.
– К сожалению, девочка увидела то, что не замечали другие - мои наряды стали скучны и однообразны. Конечно, они сшиты из великолепных тканей, имеют модные фасоны, но, увы, совсем не радуют глаз. А вот это, - и он потряс альбомом Анны, - ярко, свежо и вызывающе. Да-да, я не побоюсь этого слова, ведь вызов - это интерес, интрига, любопытство, желание. А что должен делать наряд очаровательной женщины?

– Возбуждать?
– и Эрик подмигнул вспыхнувшей жене.

– Именно, - Шариф встал и начал прощаться.
– Передайте дочери, что я хотел бы еще раз рассмотреть её рисунки...

– Анна-Сорита дарит вам свой альбом, - вошедший Гвидо уселся за стол и налил себе вина.
– Он ей больше не нужен.

– Но, барон...
– растерялся Шариф.

– Вы можете использовать эти рисунки по своему усмотрению, - добавил де Шарон.
– Если сошьете хотя бы несколько нарядов по эскизам Анны, она будет только рада. И еще внучка просила передать, что при следующей встрече покажет, как можно оживить рисунки на платьях.

Восхищенного мастера пришлось отпаивать успокоительным, так как он чуть не лишился чувств от восторга.

С тех пор Харун Шариф стал большим другом семейства де Лей, а Анна-Сорита - его первым критиком и соавтором. Правда, об участи девочки в создании рисунков для нарядов мастера никто не знал, таково было пожелание родителей, старающихся избежать излишнего внимания к их дочери.

И вот теперь, к дню рождения Анны, Харун Шариф создал настоящее произведение искусства - живое платье.

– Теперь поняла, почему я сказала тебе завтракать в халате?
– спросила, улыбаясь, Эления.
– Вот, что ты оденешь во дворец.

– Фрейлины Лулы умрут от зависти, - удовлетворенно заявила именинница, счастливо повздыхав над подарком.
– И так им и надо!

Глава 50.

Королевское семейство ожидало Анну-Сориту с родными в Малом обеденном зале. Сегодня, кроме Арахетов, здесь присутствовали двое друзей принца Патора, близнецы Гедеон и Сонир де Бахрен, сыновья герцога де Бахрена, а также ближайшая подруга принцессы Лулы графиня Эвелина де Бюв.

– Вот увидишь, - прошептал Гедеон брату.
– Эта малявка сейчас чинно войдет, с постным личиком примет подарки, а потом будет сидеть за столом со скучающим видом, ожидая когда же всё это закончится.

– Знаешь, я уже немного знаю Анну-Сориту, - Патор, услышавший слова товарища, решил вмешаться.
– От неё всегда можно ожидать сюрпризов.

И девочка не подвела.

Вначале все услышали смех, а потом дверь зала рывком распахнулась и к ним влетела именинница, одетая в потрясающее золотое платье.

– А вот и я!
– воскликнула девочка и закружилась-затанцевала на месте, давая рассмотреть себя со всех сторон.

– Пресветлая!
– ахнула королева.
– Какое платье!

– Ваше величество, вы ещё главного не видели, - и Анна замерла перед столом, чтобы хозяева и гости смогли рассмотреть, как колышутся маки на передней вставке платья и как вокруг цветов летают золотые бабочки.

– Это ...это ...просто волшебно, - выдохнула Лула.
– Я даже не знала, что такое возможно.