Синхронно их глаза посмотрели на меня. Я лишь плечами пожала. По-моему было очевидно, что я иду, что я буду сражаться. Там моя лучшая подруга, заклятый враг и невинные девочки. Конечно я ненормальная, так как готова рискнуть ради этих бедняжек своей жизнью, но что ж поделать, так как одна жизнь не стоит ста и они… они заслуживают того, чтобы этому Демону теней надрали за них задницу. Особенно Марина.

— Значит, решено – понедельник. – Выдвинул вперед руку Филипп, и мы с Сашей положили на неё свои руки.

— Это будет опасное приключение, - заметила я. – За нами будет погоня и не только из миротворцев. Кукольник всеми силами хочет заполучить меня. Нам придётся смериться снова стать беглецами.

— Нам что ли привыкать бегать и прятаться? – фыркнул Саша. – Главное, что из этого - так это попасть в замок, а остальное неважно после будет.

— Это оно «да», но всё-таки это не прошлый раз. Всё намного серьёзнее.

— Мы знаем, Эмма, поэтому нужно скорее отсюда выбираться и…

— Смириться, с возможно, неизбежным, – кивнула я. – Мы рискуем всем. Взамен нас ничего не ожидает, только пропасть под названием – неизвестность. Но ведь это стоит того, да?

— Когда на кону жизнь близкого и ещё пары невинных, неважно, что их не миллионы – оно того стоит, - кивнул Филипп.

— Даже если это был бы один человек, оно бы стоило этого, Эмма, – согласился Саша. – Мы сами выбрали, нечего нас жалеть. Мы знаем, что нас ожидает.

— Но ведь от этого и не лучше, – пробормотала я, и сердце предательски сжалось. Оно тихо, но верно отстукивало: «Артём. Артём. Артём-Артём-Артём!».

22. УЛОВКА

К сожалению, суббота приближалась очень медленно. Дети в школе были в предвкушении вылазки не меньше нашего, радуясь тому, что нападения прекратились. Да, это было действительно здорово, если не одно «но» - грехов-то семь, а девочек заражённых пять. Это означает, что ещё двое…

После Дня Святого Валентина я действительно не общалась с Артёмом. Он замечал меня лишь тогда, когда ему приходилось беседовать с мальчиками. Я не была им мамой или мозгом, чтобы запрещать общаться с тем, кто им много раз помогал и был другом, и так им и сказала. Ребята посчитали меня ненормальной, но, по крайней мере, с Артёмом общались, как и раньше. Было действительно неловко, когда у мальчиков получалось так, что мы невольно беседовали из-за них, но поделать с этим ничего нельзя было. Я была, наверное, действительно той, из-за которой держалась наша дружба. Сейчас она была мне ненужная и её резко не стало.

Уроки каким-то образом для меня в эти дни перед заветной субботой превратились в размытое пятно, и боюсь из того, что я узнала на них, я вряд ли сдам тесты на «отлично». Я снова витала в своих облаках, с болью вспоминая о том подарке, чей ключ-близнец весел у меня на браслете-подвеске, что я не смогла снять с руки, так как она стала частью меня. Было сложно смириться с тем фактом, что вот, всё, всё кончилось и ведь даже мы ни разу не поцеловались… А что если?.. Да нет, вряд ли бы он изменился ради меня…

Я чаще стала замечать за собой, что много протяжно и горько вздыхаю, больше читаю и делаю всё то, чтобы оказаться далеко от Артёма, а главное веселья. Мне было наедине с собой неплохо. Конечно, подушка была пропитана моими слезами целиком из-за Артёма, но и из-за этого мне было хуже вдвойне, так как я считала постыдным лить слёзы по парням. А как все обернулось против меня и моих принципов – замечательно просто!

Когда же суббота, наконец, пришла, я не могла поверить тому, что как-то выжила за эти четыре дня и не сломалась. Да, заливаясь ненужными слёзами, но что ж поделать, что я такая вся эмоциональная и впечатлительная.

Мальчики нервно и буквально не прожевывая, запихивали себе во рты еду, и я с ужасом за этим наблюдала. Они же отнекивались, говорили, что надо успеть же, что надо всё начать готовить по возращению в замок, так как вдруг зелье не получится и поэтому торопиться за завтраком – верное дело. Мне лишь пришлось покачать головой, так как в отличие от них, я знала, что зелье будет сварить очень легко и ошибиться в нем нереально, но это же Филипп и Саша – объясни им тут это, ага!

Когда мы оказались за воротами, ведущими к Чародею, мальчики, будто вообще головы потеряв, помчались туда, забыв обо мне. Добравшись до Чародея, я с улыбкой завидела их нетрепливые лица.

— С такими темпами мы вообще ничего не успеем до двадцать первого марта! – когда я оказалась около них, отчитал меня Филипп.

— Расслабься, зелье варится всего полтора часа, а вы развели тут… - покачала я головой.

— Тогда тем более давай побыстрее! – вставил свою лепту Саша в наш «разговор».

— И это оно? – не веря, оглядывался Филипп. – Ничего себе местечко!

— Что-то не устраивает? Тебя здесь никто не держит или найди лучше! – бросила я сердитый взгляд на него.