– Скажи, Оля, ведь в течение многих веков черные проклинали на смерть и что, белые всегда так дорого за это платили? Где же тогда справедливость и этот ваш закон равновесия?

– Черный чувствует, когда возвращается его проклятие, - объяснила девушка, - поэтому образует вокруг себя магический щит, который уничтожает угрозу. Но в нашем случае все произошло иначе, старый Звенигора хотел умереть, он не защищался, вообще ничего не делал, а просто дал себя убить.

– Выходит, дед все равно выиграл, - вздохнул Засуха.
– Получил долгожданный покой, а еще утешение, что его смерть обязательно нам досадит.

– Что говорить? Мы сделали все возможное, поэтому смирись и живи дальше, - успокоила его Ольга, а затем, взглянув на часы, охнула.
– Господи, уж десять! Сейчас приедет Наташа помогать мне одеваться, а я еще столько не сделала! ...Что? ...Ты спятил? Не трогай меня, Виктор, убери прочь свои руки! Что ты делаешь? ...Ах! Так и быть, продолжай.

День свадьбы пролетел для новобрачных словно одно мгновение, мгновение счастливое, веселое и безупречное. Венчание в церкви, выход на паперть под звон старой колокольни, проезд по Стусову на длинном белом лимузине, который переполошил все село, и чудесный августовский вечер, когда гости с энтузиазмом поднимали бокалы за счастье и здоровье молодых. Все шутили, смеялись, пели, танцевали, а то, что компания собралась небольшая, только делало атмосферу праздника дружнее и веселее.

Наташа, подруга детства и свидетельница, пользовалась у ребят из "Стража" большим успехом. Это приводило Рому Коваля в такое бешенство, что невесте пришлось провести с ним короткую поучительную беседу.

– Она - не твоя девушка, - грозно втолковывала напарнику Ольга, - и то, что вы знакомы, не дает тебе никакого преимущества. Так что перестань беситься, а лучше иди танцевать и покажи ей и всем вокруг, что ты парень хоть куда. А главное не забывай - выбирает здесь Наташа. Понял, Отелло?

– Ох, Максимович, - обратился к жениху Роман.
– Она с вами такая же грозная?

– Бывает и хуже, - счастливо улыбнулся Виктор.

А свадьба, тем временем, продолжалась. Как только зашло солнце, на деревьях сада, окружавшего дом, вспыхнули разноцветные огоньки и фонарики, так же засиял огнями и высокий забор, увешанный соседской ребятнёй. Под воротами топталась стусовская молодежь, сбежавшаяся на звуки житомирских музыкантов, но на двор и к столам никто не лез - ребята из "Стража" сразу разъяснили местным "политику партии".

В полночь начался грандиозный фейерверк. В небе над Стусовом расцветали фантастические цветы и звезды, вспыхивали шары, переливались радуги, местный народ повыскакивал на улицу, испуганный непонятным грохотом и криком, а потом с энтузиазмом присоединился к общей толпе.

А еще через час Ольгу украли. Виктор вывел ее в сад "подышать", а потом подхватил на руки и понес к реке. И лишь когда ноги молодой жены коснулись лодки, она поняла, что происходит что-то странное. Но даже и пикнуть не успела - муж закрыл ей рот поцелуем, а Володя, его верный побратим, оттолкнулся веслом от мостков и начал править к соседнему берегу, где их уже ждала машина.

– Куда мы?
– шепотом спросила Ольга.

– Недалеко открылся новый отель-кемпинг, - ответил Виктор, - где я заказал номер-люкс.
– Мужчина прижал ее к себе крепче и снова поцеловал.
– Нас ждет брачная ночь, любимая.

– Ох, - захихикала жена.
– А как же тогда назвать все наши предыдущие ночи?

– То были сладкие ночи греха, - шепнул Засуха.

– А сегодня нас ждет соленая ночь брака?

Где-то сбоку, не удержавшись, захохотал Володя, к нему тут же присоединились Ольга с Виктором, и так со смешками и подколками, они достигли, наконец, конечной точки их короткого путешествия - отеля "Уют". 

На прощание Володя вручил жениху корзину с шампанским и разнообразными закусками, а Ольге достались коробка конфет и свадебные сладости. Но первые два часа супругам было не до еды - сначала Виктор утверждал себя в роли официального мужа, а потом Ольга в ответ так ласкала любимого под душем, что он едва не съехал на пол.

Когда молодая жена уснула, Виктор, все еще возбужденный событиями дня, решил покурить у окна. Он оперся на подоконник, щуря глаза от дыма, и долго рассматривал золотой рожок месяца, который за последние дни существенно потолстел.

"Еще три дня назад я смотрел на него и не мог дождаться, когда в моей жизни начнутся перемены, - думал он.
– А теперь я уже женат, женат на девушке, по которой просто схожу с ума, и мечтаю лишь об одном - чтобы Ольга поскорее забеременела. Господи, я бы тогда просто рехнулся от счастья! И если бы родилась девочка, у меня было бы уже две любимые женщины, Оля и Оленька". Виктор потушил сигарету и запер окно - рассветы в конце лета становились прохладными, и молодая жена могла замерзнуть. Он тихо скользнул под одеяло, улыбнулся в потолок и шепнул: "Спасибо, Господи, и спокойной ночи".