– Ну да, конечно,– пробормотал десятник, смотря на Фейта, как на умственно отсталого.– Короче, господа хорошие, у вас подорожная грамота имеется?

– Нет, но мы готовы её приобрести.– Сказал Валдемар и, уныло вздохнув, потянулся за кошелём. Ну, хоть какой-то талант у него имеется! Я бы ни за что не смог изобразить такие переживания при расставании с чужими деньгами.– Сколько вы за неё хотите?

– Сущие пустяки!– Оскалился десятник.– Вы выворачиваете свои карманы, и снимаете оружие. Кляч, так и быть, можете оставить себе.

Разбойники, дружинники… Разница только в полосках!

Я обвёл взглядом своих головорезов. Судя по их лицам, стоит мне подать сигнал, и они разорвут этот жалкий десяток баронских солдат на части. Вон как Фейт хищно примеривается к десятнику, ведь тот обозвал Ветерка клячей уже во второй раз! Я вздохнул и слез с лошади. Кстати, наверное, мне тоже стоит дать ей имя. А то всё коняшка, да коняшка…

– Эй, служивый,– обратился я к Верту.– Отойдём на пару слов?

Он подозрительно покосился на меня, но кивнул.

– Ты ведь догадался, кто мы такие?– Прямо спросил я, когда мы чуть углубились в лес.

– И кто же вы такие?

– Мы– геройский отряд.– Терпеливо объяснил я.– И у нас поход.

– Вы похожи только на отряд мелких жуликов.– Презрительно фыркнул десятник. Странно, мне показалось, что он умнее.– У вас даже гнома нет!

– Гномов на всех не напасёшься,– развёл руками я.– В любом случае, будь мы хоть отрядом цирковых клоунов– у нас поход. Цель похода для нас очень важна.– Я быстро ударил Верта ногой под колено и, когда он, не устояв, бухнулся на четвереньки, схватил его за горло тремя пальцами так, что он мог лишь хрипеть и пучить на меня глаза. Тем временем, я продолжил:– И никакой оборзевший десятник в компании зажравшихся деревенских увальней нам не указ. Понятно?

Он отчаянно заморгал глазами, давая понять, что понял всё предельно ясно.

– Ты…! Ты…!– Злобно зашипел он, когда я его отпустил.

– Не будь идиотом Верт. Я прикончу тебя до того как ты успеешь поднять шум.

– Тебе это с рук не сойдёт! Барон…

– Ах да, барон! Как там его?

– Барон Ольрих!

– Точно. Так вот, Верт, мне не очень хочется ссориться с бароном Ольрихом, поэтому давай обсудим стоимость вашей подорожной грамоты. Разумную стоимость, Верт.

– Три золотых.– Буркнул десятник.

– Ра-зум-ну-ю. Что тебе непонятно в этом слове?– Спросил я и пошевелил перед его лицом пальцами.

– Один!– Взвыл вмиг побледневший Верт.

– Идёт.– Я вытащил из кармана монетку и бросил её перед десятником.– Ну и где твоя грамота.

– Тут такое дело…– заплетающимся языком пробормотал он.– На самом деле это просто так говорится…

– Да-да, можешь не продолжать. Вы вымогаете у честных ничем непримечательных странников все их деньги и пожитки, обосновывая всё несуществующей подорожной грамотой. Но я-то за неё уже заплатил! Некрасивая ситуация, правда? Так что же нам делать, Верт?

– Я н-не знаю!– проблеял десятник.

– Не нервничай так, Верт. Можешь быть спокоен, я знаю что делать. Раз подорожной грамоты у тебя нет, тебе и выполнять её функции.

– К-как это?

– Всё очень просто– ты будешь сопровождать нас, пока мы проезжаем через земли барона.– Ласково улыбнувшись, объяснил я.– А когда мы тихо и без происшествий покинем эти гостеприимные места, можешь считать, что отработал этот золотой. Ну как, договорились?

– Ты хочешь, чтобы я нянчился с отрядом малолеток?– Забыв про страх, завопил десятник.

– Нет, Верт. Я хочу, чтобы ты нянчился с отрядом очень сердитых 'малолеток', один из которых с удовольствием намотает твои кишки на свой клинок, если ты продолжишь упрямиться, после чего найдёт себе более сговорчивого проводника.

Так как во время своего монолога я успел вытащить тесак и недвусмысленно выставил его перед собой, десятник отнёсся к моим словам более чем серьёзно.

– Ладно,– угрюмо взглянув на меня своими злобными глазками, согласился он и подобрал всё ещё валявшийся под его ногами золотой.

Когда мы вышли обратно на дорогу, нашему взору открылась любопытная картина– мои спутники спокойно сидят на лошадях и ждут нашего возвращения, а дружинники валяются вокруг в живописных позах.

– Они забеспокоились, что вас долго нет, и начали хвататься за оружие.– Не дожидаясь моего вопроса, просветил нас Фриоль.– Пришлось их малость успокоить.

Я огляделся. Большинство дружинников были попросту оглушены– явная работа Фриоля с Тином. У двоих же я заметил впившиеся в шеи иглы с ярко-красным оперением. Вынув их, я подошёл к Фейту.