Паг стоял, не шевелясь, словно и не собирался защищаться, тварь стремительно приближалась к нему, но вдруг натолкнулась на невидимую преграду, свалилась на землю, и исчезла в ослепительной вспышке.

Испуганно заверещав, уцелевшие твари поняли, что перед ними враг, который им не по силам. Все семеро разом повернули и полетели на север.

Паг поднял руки, и на его ладонях заплясал голубой огонь.

Он размахнулся и бросил его вслед чудовищам, спасавшимся бегством. Шар голубого огня настиг и как внезапно разросшееся облако поглотил их. Раздались сдавленные крики - мерзкие создания, кувыркаясь, падали, охваченные зеленым пламенем, которое гасло в покрытом рябью озере.

Гардан не отрываясь смотрел на Пага, подходившего к обессиленным людям. В его лице и взгляде читалась такая сила, какой Гардану прежде видеть не приходилось. Но вот выражение лица чародея резко изменилось, и он снова стал прежним Пагом - и в двадцать шесть лет было в нем что-то мальчишеское.

Неожиданно улыбнувшись, он сказал:

– Добро пожаловать в Звездную Пристань, друзья.

Огонь камина наполнял комнату уютным теплом. Гардан и Доминик устроились в больших креслах у очага, а Касами, по обычаю цурани, сидел на низкой софе.

Кулган перевязал обожженные руки капитана, суетясь над ним, как мать над малым ребенком. Они давно знали друг друга, еще с мирных времен в Крайди, и Кулган вполне мог позволить себе поворчать.

– Неужели ты настолько глуп, что схватился за летуна? Кто же не знает, что контакт с существом, состоящим из природных стихий и превращающимся в исходное состояние, чреват неприятностями - в такой момент оно выделяет много света и жара.

Гардану надоело слушать воркотню чародея.

– Я не знал. Касами, а ты? А ты, Доминик?

Касами рассмеялся, а Доминик ответил:

– Конечно, знал.

– Ну и как, это помогло?
– пробормотал капитан.
– Кулган, если ты закончил, может быть, мы поедим? Я уже целый час ощущаю запах еды и скоро сойду с ума.

Паг, прислонившийся к стене у очага, рассмеялся:

– Капитан, не час, а едва ли больше десяти минут.

Они сидели в комнате на первом этаже недостроенного дома.

– Паг, я рад, что король позволил мне посетить твою академию, - сказал Касами.

– Я тоже, - сказал брат Доминик.
– И в Сарте все очень радуются копиям книг, которые вы нам прислали, но однако мы до сих пор не знаем о ваших дальнейших планах. Нам хотелось бы знать больше.

– Я счастлив приветствовать всех, кто приехал сюда в поисках знаний, брат Доминик. Возможно, когда-нибудь мы воспользуемся правом нанести ответный визит и посетим вашу легендарную библиотеку.

– Я непременно воспользуюсь этим правом, брат Доминик, - добавил Кулган, повернув голову.

– Когда бы вы ни приехали, мы всегда будем рады вам, - ответил монах.

– Обрати внимание на этого, - сказал Гардан, кивком головы указывая на Кулгана.
– Оставь его в подземных хранилищах, и больше никогда не увидишь. Он до книг - что медведь до меда.

В комнату вошла очень красивая женщина - черноволосая, с большими темными глазами, и двое слуг. Все они несли подносы с едой. Женщина поставила тарелки на длинный стол в другом конце комнаты.

– Пора поужинать.

– Брат Доминик, это моя жена Кейтала, - представил ее Паг.

Монах встал и почтительно поздоровался:

– Добрый день, госпожа.

Она улыбнулась ему в ответ:

– Пожалуйста, зовите меня просто Кейтала. Мы не соблюдаем формальностей.

Монах, склонив голову, уже пошел к предложенному ему стулу, но обернулся на звук открывшейся двери, и впервые с тех пор, как Гардан познакомился с ним, утратил невозмутимость. В комнату вбежал Уильям, а за ним чешуйчатый зеленый Фантус.

– Ишап милосердный. Это что же - огненный дракон?

Уильям подбежал к отцу и обнял его, внимательно оглядывая вновь прибывших.

– Фантус - владелец этого поместья, - ответил Кулган.
– Все мы здесь живем по его милости, хотя больше всего он милует Уильяма.

Дракон, словно соглашаясь, глянул на Кулгана. Потом его большие красные глаза снова обратились на стол.

– Уильям, поздоровайся с Касами, - сказал Паг.

Уильям, улыбаясь, склонил голову. Он заговорил на языке цурани, и Касами, засмеявшись, ответил ему.

Доминик с любопытством посмотрел на них.

– Мой сын одинаково хорошо говорит и на королевском наречии, и на цурани, - пояснил Паг.
– Я написал много книг на цурани, ведь перенести в Мидкемию искусство Великой Тропы не так просто. Многое из того, что я делаю, - результат того, как я мыслю, а мыслю я заклинаниями на языке цурани. Когда-нибудь Уильям мне поможет отыскать способ перевести чародейские заклинания на наш язык, и тогда я смогу учить тех, кто живет здесь.

– Господа, еда остывает, - напомнила Кейтала.