– Любимая, - сам испугался своего голоса.
– Иди ко мне!

Я не мог говорить, даже мысленно. Она всё поняла, ничего не спрашивала. Позволяя слиться с её светом, заглушить боль, и не заметил, как она меня повела. Куда?

Очнулся лишь когда увидел Жёлтую мантию на каком-то лежбище… Тело испустило дух. А любимая поймала душу.

Блин! Я всё понял, но эта система была не оттестирована. Мы не проверяли на людях, потому что у нас не было мага жизни. Но удержание души - это колоссальный расход её собственного света.

Мы сиганули на Лебёдку, материализовался только я, вызвал жену Серого. Та почувствовала его смерть, но послушно всё сделала, не задавая вопросов. А любимая таяла на глазах. Чёрт!

Не успеваем.

– Отпускай.

А она держит из последних сил. А когда отпустила,света почти не осталось. Я едва успел поймать её, материализовавшуюся.

– Нет! НЕТ!

Катерина стоит бледная как мел.

– Проверяй, не уверен, что вышло, но одна жизнь взамен другой - это слишком рискованно, - бросил я Катерине.

И я сиганул с любимой домой.

Она была жива, только холодная, слишком холодная. И свет едва теплился.

– Ладушка моя ненаглядная, не оставляй меня, прошу, - по щекам текли слёзы.
– У нас ведь дочурочка славная.

Обволок её своей тьмой, собираясь заключить в кокон, но тьма впиталась в её тело.

Тьма, моя тьма. Хоть всю отдам...

Но тело больше не приняло. А свет заискрился чуть ярче. Выключил все барьеры, стараясь услышать её мысли. Но не было никаких мыслей. Почему? Такая глубокая кома?

На чафон поступил вызов. Тести спрашивали, им ещё погулять с внучкой или мы заберём. Не представлял, как взгляну им в глаза. Просто сиганул к ним, взял девочку, стараясь ей улыбаться и не показывать грусти, обратно вернулся.

Дочка как увидела маму, лежащую на постели, так и сказала сразу "мама". Потянула свои ручонки к ней. Связь ведь тоже уже установилась между ними, она-то и дала толчок к первому слову. Увидел эту крепкую ниточку. Положил дочку рядом с любимой. Она поползла. Не рано ли? Стала тыкаться в грудь, ища сисю. Я, если честно, не надеялся, что Ария так быстро очнётся, но возможно это ей поможет...

Помог дочке найти сисю. Она присосалась. С мамы сосёт молоко, а сама в обратную сторону даёт частичку света. Но тело вновь приняло лишь чуточку и закрылось. Я наблюдал магические потоки в любимой, они клубились в разные стороны. Потом частичка света вошла в общий источник, и тот притянул мою тьму.

Энергия сливалась воедино и источник чуть расширился. Но это была самая малость.

С тех пор я ел за двоих, сам перерабатывая пищу и отдавая любимой чистую энергию, которую организм принимал, но ограниченное количество.

Любимая так и лежала холодная, и я понимал почему, так меньше расход вовне идёт тепла и процессы замедляются. Молоко вырабатывалось и дальше и в те моменты любимая чуточку выходила из заморозки.

Тести помогали с нашей дочуркой, гуляли с ней по несколько раз в день, оставляя меня с женой наедине. Тогда я сливался с ней, она сама брала столько, сколько нужно.

С дочуркой много занимался. Показывал ей картинки, называя, читал сказки.

Отец Арии попросил попрактиковаться на дочке, я разрешил ему присутствовать при кормлении. Он отслеживал магические потоки. И был шокирован, и нашей связью, и связью матери и дочки.

– Вот эта связь и формировалась первое время, и поэтому нельзя было создавать другие ниточки, потому что тогда связь слабее будет между ними.

– А ты тоже…?

– Да, между нами связь самая сильная, потому что мы суженые.

– А я могу что-то сделать для неё?

– Попробуйте.

И отец попробовал вливать свою энергию. Но тело не приняло ни капельки силы. Вспомнил Арию, как она кривилась от боли, когда её пытался лечить Серый. Ощутил волну боли.

– Не надо, ей больно.

– Откуда ты...?
– а я упал на пол от боли.
– Бурелом, ты чего?

Тесть бросился ко мне.

– Это не моя боль, а её.

– Но почему?

– Не знаю, её никто не может лечить. И лишь меня она принимает и теперь вот Свету.

Отец начал корить себя за то, что причинил дочке боль.

А я тут же оборотился тьмой и обволок любимую. Боль прошла, и она впитала очень много тьмы. Почему? Я не понимаю, почему другие лечить не могут?