Реймонд замер, не донеся кубок до рта.

— Что с тобой, милая?

— У сэра Гаррика нет ключа от восточной двери! — И чародейка указала на кольцо с ключами, болтавшееся у того на поясе.

Гаррик тут же снял кольцо и старательно перебрал все ключи.

— А я и не знал, что он у меня должен быть!

Фиона тоже проверила кольцо с ключами и подтвердила:

— Да, его не хватает!

Она описала Гаррику, как выглядит этот ключ и какая на нем должна быть отметина, но незадачливый рыцарь так его и не вспомнил.

— Я ни на минуту не расставался с ним, милорд, — воскликнул Гаррик, потрясая в воздухе тяжелым кольцом. — Только тогда, когда его брала у меня миледи!

— Мне не требуются ключи, чтобы распахнуть любую дверь в этом замке! — сердито вскинулась Фиона.

— Но ведь он просил их для вас! — От испуга румяная физиономия сэра Гаррика буквально позеленела. — Он сказал, что вам надо отпереть сокровищницу, чтобы достать драгоценности на время церемонии!

— Кто сказал? — рявкнул Реймонд.

— Стэнфорт, сэр!

Реймонд застыл, глядя на жену. Все части головоломки встали на свои места. Он отправил двоих оруженосцев с приказом немедленно доставить сюда Стэнфорта. Как только они вышли, Фиона обратилась к Йену:

— Почему с нами нет рыцарей Пендрагона?

— Они стоят на часах.

— Найди их, — приказал Реймонд. — И… Фиона… — Она подняла на него вопросительный взгляд. — Ступай к Шинид, любимая, и поскорее!

Фиона сидела на кровати и расчесывала на ночь волосы. Стэнфорт успел скрыться. Никто не видел его с прошлой ночи. Реймонд расспросил рыцарей Пендрагона, пока Фиона искала Шинид. Как и следовало ожидать, она нашла ее на конюшне. Девчонка дразнила Коннала.

Реймонд удовлетворился теми ответами, что получил от рыцарей из Донегола, и у Фионы не было повода не доверять его чутью. Бедняга Гаррик был безутешен. Никакие уговоры не могли смягчить его раскаяние. Тем более что кольцо с ключами — знак доверия его господина — утратило в глазах Гаррика свою значительность, поскольку там не хватало одного важного ключа. Полный набор теперь имелся только у Фионы. Ее дочь мирно спала в смежной комнате под защитой четырех волшебных камней по углам кровати и охранного заклинания. Фиона понимала, что Шинид первым делом попытается снять ее заклинание — хотя бы ради интереса, — и постоянно проверяла, чем занята эта маленькая искательница приключений.

В окно заглянула полная луна, и легкий сквознячок отнес в сторону тепло, исходившее от камина. У Фионы вырвался довольный вздох. Со дня их свадьбы погода над Гленн-Тейзом менялась прямо на глазах. С каждым новым утром становилось все теплее по мере того, как ожившая почва впитывала в себя лучи дневного светила. Ведь отныне ничто не заслоняло над замком ясного неба. Повсюду из земли пробивалась буйная зелень: зеленели лужайки, зеленели поля с пшеницей и ячменем, а по обочинам дорог начали распускаться первые полевые цветы. Жизненная сила, до поры до времени спавшая в заповедной лощине, простирала свои щедрые руки на всю округу, как будто старалась обнять своего старого друга. Одного этого Фионе было довольно, чтобы сердце в груди начинало петь от счастья.

— Чему это ты так улыбаешься? Уж не мне ли?

Реймонд вольготно раскинулся на кровати, заложив руки за голову.

— Не исключено. — Щетка для волос полетела на ночной столик, а Фиона оказалась в любящих объятиях. Губы и языки едва успели начать свою волшебную игру, и Реймонд уже приподнял подол ночной рубашки жены, когда в дверь спальни тихо постучали. Реймонд со вздохом откинулся обратно на подушки.

— Покой… — простонал он. — Чего бы я не отдал за минуту покоя!

Пока Реймонд встал, натянул штаны и подошел к двери, он успел разозлиться настолько, что готов был прибить нерадивого слугу, потревожившего хозяина среди ночи. Но на пороге оказалась Шинид. При виде отчаянно стиснутых рук и горючих слез, стоявших в широко распахнутых детских глазах, сердце у Реймонда сжалось от боли.

— Папа, можно мне войти? — спросила она дрожащим голоском. Реймонд подхватил малышку на руки, захлопнул дверь и отнес девочку на кровать. Та мигом оказалась под боком у матери.

— Что с тобой, милая? — Фиона с тревогой посмотрела на Реймонда. — Она вся дрожит!

Пока чародейка пыталась успокоить дочь, Реймонд устроился возле них на просторной кровати. Шинид несколько раз всхлипнула и опустила голову на подушку. Ее взгляд метался между недавно обретенными отцом и матерью.

— Шинид, чего ты так испугалась? — настойчиво спрашивала Фиона.

Детские черты застыли в горькой гримасе, и малышка ответила:

— Мы живем вместе, и все растет. — Тонкая ручка обвела комнату. — Плохие люди злятся.

— Отчего же? — строго спросил Реймонд.

— Они не хотят, чтобы мама была здесь.

— Почему?

— Не знаю.

Реймонд растерянно переводил взгляд с одной чародейки на другую.

— У тебя было видение, Шинид? — уточнила Фиона, всматриваясь в ее лицо.

— Прости, мама, я не хотела… — понурилась малышка.

— Тебя никто не собирается ругать или наказывать, моя маленькая! Расскажи, что ты видела! — Фиона говорила спокойно, но Реймонду еще предстояло привыкнуть к необычным способностям его женщин, и он вздрогнул от страха.