— Молодец, Самсон, а теперь чуть-чуть побыстрее! Конь в два счета вытащил их наверх.

Коннал кубарем скатился на землю, да так и остался стоять на четвереньках. Реймонд оглянулся и увидел, что Фиона стоит возле Самсона, гладит его по лбу и целует в бархатную морду.

— Хороший мальчик! — похвалила она, словно конь мог ее понять. — А теперь иди погуляй с Ассаной. Только веди себя прилично!

Черный великан гордо встряхнулся и топнул копытом с таким оскорбленным видом, что Фиона рассмеялась. Только после этого она соизволила заняться мальчиком и мужчиной.

Подбоченившись, чародейка сверху вниз уставилась на эту забавную пару. Ей пришлось стиснуть кулаки так, что ногти вонзились в ладони — настолько сильным было желание схватить их обоих в охапку и прижать к себе, чтобы убедиться, что они живы и здоровы и с ними не случилось ничего страшного. Но об этом нечего было и мечтать. Коннал изо всех сил старался вести себя как мужчина и наверняка обиделся бы на Фиону за эти неуместные нежности. Ну а де Клер вообще не выносил ее присутствия — не говоря уж об объятиях.

— Переломы, ушибы?

— Нет, только это, — поспешно ответил мальчик, показав на ссадину у себя на лбу.

— Отлично.

— Фиона, если тебе так хочется, можешь сказать все, что ты обо мне думаешь. — Коннал спокойно смотрел на свою родственницу из-под спутанной темно-рыжей челки. — Тебе сразу полегчает! — С этими словами он слегка пригнулся, словно готовясь к заслуженной оплеухе.

Реймонд с Фионой гневно уставились на Коннала и не сговариваясь воскликнули:

— И о чем ты думал?!

Но не успел мальчик открыть рот, как Фиона напустилась на де Клера, давая выход давно сдерживаемой ярости:

— Ты! — Она с грозным видом ткнула в него пальцем. — Ты был обязан его защищать! Святые духи, ведь это сын самого могущественного человека в округе! Сын твоего товарища по оружию! И ты позволяешь ему одному слоняться где попало? — Чародейка сделала резкий широкий жест, способный охватить всю территорию Ирландии.

— Ничего я ему не позволял, черт побери! — взревел де Клер, мигом оказавшись на ногах и сверля Фиону пылающим взглядом.

— Ты не защитил даже его, рыцарь! — Она с холодным презрением покачала головой. — Как же ты собираешься защищать мой народ, де Клер?

— Я, конечно, прошу прощения… — попытался вмешаться Коннал, но им обоим было не до него.

— Он сам полез на этот утес!

— Ах вот как, лорд Антрим? Стало быть, в замке Гленн-Тейз каждый делает все, что захочет? И никто не выполняет твои мудрые приказы?

— Их выполняют все! — загрохотал Реймонд, но, покосившись на Коннала, буркнул: — За единственным исключением. Но и это будет исправлено. — Он снова обратился к Фионе: — А вот какое отношение имеешь к этому ты? Ни за что не поверю, что ты оказалась здесь случайно!

— Милорд! — Коннал встал перед ним, готовый защищать свою родственницу.

— Думай, кому грозишь, сэр рыцарь! — вкрадчиво промолвила Фиона, угрожающе прищурившись. — Ты почти не знаешь меня и уж тем более не имеешь права разговаривать со мной в таком тоне! Я люблю этого мальчика! — И она показала на Коннала, как будто боялась, что безмозглый англичанин может забыть про виновника. — А ты просто не справился со своими обязанностями опекуна! Не явись я к вам на выручку, вы так бы и околели от голода в этом ущелье!

— Уж не хочешь ли ты сказать, что я спасся благодаря какой-то женщине?!

— Ну вот мы и пришли к соглашению!

— Простите, что я вам мешаю, — снова встрял Коннал. И снова на него не обратили внимания.

— Я не в состоянии следить за каждым, а уж тем более за этим сорвиголовой! — рычал Реймонд.

— Так, может, вообще не стоило брать детей под свою опеку?

Реймонд отшатнулся, и Фиона почувствовала, что нанесла удар по больному месту. На миг ей даже стало неловко. Она видела, что де Клер готов рубить ее на месте и что эти неосторожные слова задели память о чем-то более серьезном и страшном, чем несчастный случай с непослушным мальчишкой. Не думая о том, чем ей это грозит, чародейка шагнула вперед, положила руку ему на грудь и прошептала:

— Успокойся, де Клер. То, что сделано, уже не поправишь.

Реймонд растерянно заморгал, как будто увидел ее впервые, и ссутулился. У него вырвался глубокий вздох, унесший с собой остатки гнева. Он посмотрел на руку, все еще лежавшую у него на груди, и почувствовал, как исходящее из нее тепло помогает избавиться от терзавших душу демонов. Поразительно! Реймонд поднял глаза и увидел, что Фиона улыбается. От восторга ему стало трудно дышать.

— Я давно обещал отвезти Коннала к тебе, — невольно признался он, накрывая ее руку ладонью.