– Всего-то двести, – ответил я, пытаясь придать голосу интонацию пренебрежения. – Контрольный пакет стоит гораздо дороже.

– Все может быть… – банкир многозначительно улыбнулся и подошел к антикварному столику, где лежала шахматная доска с расставленными фигурами. Рядом вместо привычной бутылки коньяка возвышался пышный букет алых роз, явно приготовленный кому-то в подарок.

– Все может быть, все может быть… – задумчиво повторил банкир, глядя на шахматные фигуры.

«Держит паузу, – ухмыльнулся я про себя, – затягивает момент триумфа. Вот она, «добрая и великодушная» власть денег».

– Не буду напоминать тебе, дружище, что если ты не вернешь деньги в срок, акции достанутся банку. – Он передвинул какую-то фигуру и повернулся ко мне. – Без всякого аукциона и прочих формальностей. Правила есть правила.

– На войне как на войне, – твердо ответил я.

– О чем ты, мистер Джек, какая война? – Банкир передвинул очередную фигуру и вернулся в кресло. – Всего лишь мелкий бизнес. Что будешь – коньяк или чай с молоком?

Я отрицательно покачал головой.

– Как знаешь. Увидимся в пятницу на следующей неделе. – Банкир встал, и мы пожали друг другу руки. Кольцо с бриллиантом издевательски искрилось на его пальце.

В приемной секретарь стучала по клавиатуре компьютера.

– До свидания, мистер Джек, – ее губы растянулись в вежливой улыбке. – Мы всегда рады видеть вас в нашем банке.

– Адьос! – я вскинул руку, подражая сыщику, и немного пожалел, что стол скрывает, какие именно колготки сегодня обтягивают ее стройные ноги.

На самом деле я никуда не торопился, но оставаться в кабинете банкира стало невыносимо. Меня начало подташнивать от лениво-блестящей поверхности стола, от лощеной элегантности костюма и шелкового галстука, от назойливых искорок бриллианта – от всего, что вызывало зависть и почтение. От того, что просто воняло деньгами, которые я буду должен принести в следующую пятницу.

Выйдя на улицу, я закурил. Итак, у меня в запасе всего двенадцать дней. Пора идти в наступление. Я позвонил Ирен. Приказал срочно подготовить письмо с требованием созыва внеочередного собрания акционеров. Затем набрал номер брокера и дал распоряжение о продаже моих ценных бумаг на бирже.

Вокруг натружено шумел мегаполис, отравляя атмосферу кубометрами выхлопных газов деловых поездок, наполняя мусорные баки отчетами с миллиардами цифр и букв, отвозя на помойку тонны остатков бизнес-ланчей. Вокруг добывали евро, доллары, фунты и другую валюту. Зачем? Все равно миром правят не деньги – над ним властвуют секс, страх и безумие. Деньги лишь помогают добиваться первого, прятаться от второго и воплощать третье. Этот закон впечатан в подсознание людей с незапамятных времен. Ему все подчинено, и ничто не изменить. Поэтому приходится вертеться день и ночь, чтобы заработать. А что делать? Бизнес есть бизнес, деловой день в разгаре, и спать могут только дети в кроватках и бомжи на скамейках. У одних все впереди, у других уже все позади. Интересно, с какого момента жизни человек начинает говорить: «Все хорошее уже позади»?

Я докурил сигарету и набрал номер телефона Марго.

– Привет от техасских рейнджеров!

– Добрый день, – рассмеялась Марго. – Опять хочется кого-нибудь застрелить?

– Нет, что ты! Всего лишь хочу пригласить тебя на ужин. Сегодня вечером.

– Куда пойдем?

Я на секунду замешкался, не ожидая, что она так легко согласится, затем набрался храбрости.

– Если не возражаешь, то я приготовлю ужин сам.

– Звучит заманчиво. Куда приезжать?

Я назвал свой адрес. Она пообещала не опаздывать.

Мысль пригласить королеву в гости пришла неожиданно. Вспомнилось где-то прочитанное, что ужин, приготовленный своими руками, способен покорить любую женщину. Проблема была одна – я совсем не умел готовить.

В супермаркете среди обилия продуктов меня охватила тихая паника. Красочные коробки, блестящие пакеты, разноцветные бутылки… Рыба или мясо? Курица или индейка? Я совершил несколько кругов между стеллажами, наконец на глаза мне попалась банка с консервированным тунцом. На этикетке красовалось аппетитное блюдо. Глядя на картинку, я подобрал необходимые ингредиенты: листья салата, яйца, сельдерей, томаты и лук. На горячее решил обойтись отбивной из куриной грудки. Банально, конечно, но можно поджарить ее, предварительно замочив в соевом соусе и майонезе, и получится курица по-китайски. Я помнил, что именно так готовила курицу Элизабет. Если подать все это в сопровождении белого вина, будет отличный ужин. На десерт со вчерашнего дня в холодильнике лежали два персика.

Приехав домой, начал с куриных грудок – отбил и положил замачиваться в соус. «Главное – с любовью», – повторял я вслух, как заклинание, словно моя стряпня могла превратиться от этого в изысканное блюдо. Потом приготовил две порции салата, а остатки овощей разложил на разделочном столе в виде бардачного натюрморта. С одной стороны, женщина должна увидеть, что мужчина старался и сделал все своими руками, с другой – легкий хаос в сервировке вносил неформальные нотки в обстановку.

Когда расставлял тарелки на столе, вспомнил, что забыл купить хлеба. Выручила оставшаяся с завтрака слойка. Нарезал ее на небольшие квадратики, получилось вполне оригинально.

Раздался звонок в дверь.

Марго держала в руках бутылку белого вина и набор из двух бокалов.

– Вино к столу, и к нему – скромный подарок.

Я взял бокалы и вино.

– Спасибо, очень кстати! Две бутылки всегда лучше, чем одна!

– А две женщины?

Я промямлил что-то неразборчивое, помогая гостье снять плащ. Узкая юбка и тонкая шерстяная блузка с пуговками подчеркивали ее талию.

– Свечи, белое вино – очень мило. Шеф-повар, огласите меню! – воскликнула Марго, увидев накрытый стол. – Какой аппетитный запах!