Потом главный обратился ко мне:

– Тут еще выходы есть?

– Только через крышу. Это же типовый проект здания: лестничная шахта, лифт и этажи с гнездами жилых...

– Без подробностей! Другой выход только через крышу?

– Да.

– Покажешь. Вперед!

Снова раздался приглушенный взрыв, а за ним треск нескольких очередей: третий продолжал отбиваться.

– Командир, они завесу пустили!
– донеслось из коммуникатора.

– Все, уходи оттуда, сейчас будем. Они на прорыв пошли.

Здание сотряс строенный взрыв. Время понеслось вскачь. Рывок и вот мы уже в нескольких лестничных пролетах от выхода из здания. Снизу поднимаются клубы густого, черного дыма. На площадке лежит третий, под ним кровавая дорожка. Успеваю про себя удивиться - крови очень не много, для таких ран: одной стопы нет, а броня на ногах изодрана в лохмотья. Главный срывает аптечку с пояса одного из бойцов и крепит ее прямо на поврежденную ногу. Сами бойцы дают несколько очередей и бросают в клубы черного дыма еще одну гранату. Подхватываем с главным Альфу- три и тащим его наверх. Сзади остается прикрытие. В груди гулко бухает сердце: тело третьего в полном облачении весит кабы не за 100 килограмм. Если бы не главный, который прет как танк, я бы и на один этаж такую тушу поднять не смог. Где- то за нами поднимаются первый и второй. Выстрелов не слышно, наверно берегут патроны, да и пока не ясно в кого стрелять: только снизу поднимается и все заволакивает густой черный дым. Главный на ходу успевает бросить:

– Второй, будем проходить мимо, переориентируй дрона на оборону - поставишь ему в оружейный слот винтовку третьего.
– С этими словами главный скидывает с плеча оружие третьего и перебрасывает его бойцу.

– Надо же, он еще и оружие успел прихватить, - успеваю пробормотать я.

Рвемся из последних сил, но дым поднимается быстрее. Очень скоро мы еле видим пол под ногами. Снизу опять взрывы, похожие на те, когда подорвался третий. Где- то за нашими спинами, один из еле- еле угадываемых силуэтов сообщает:

– Командир, дрон критически поврежден, сейчас автоуничтожение сработает.

Здание и вправду сотрясает еще один взрыв. На этот раз гораздо мощнее предыдущих. Главный не останавливаясь (он вообще устанет когда- нибудь?!) успевает бросить:

– Будем надеется, что заряда хватило, чтобы обрушить лестничный пролет. Это хоть ненадолго их задержит.
– А потом он обращается уже ко мне.
– Долго еще?

У меня еле хватает дыхания, чтобы ответить:

– Еще этажей десять. Точно не знаю, сбился со счета.

– Тогда поднажмем. Первый, хватай пацана за шкирку, а то он совсем спекся, и все бегом наверх. Надо выбраться на крышу, там завеса дальше не пойдет - объем слишком большой.

С этими словами он вскидывает третьего, уже потерявшего сознание, себе на плечи и бежит вверх еще быстрее! А потом меня схватили за руку и потащили со страшной силой. Да так, что я едва успевал отталкиваться рукой и ногами от ступенек, чтобы не упасть.

И при этом, свободной рукой Альфа успевал периодически снимать, с быстро пустеющего пояса, гранаты и броском крепить их в самых неожиданных местах. Даже к потолку! И судя по тому, что гранаты не падали обратно, у них была какая- то система автозацепа.

Когда меня буквально выдернули на крышу, я потрясенно огляделся по сторонам. Мы и на лифте, если бы он работал, едва ли поднялись бы быстрее!

– Парни, вы что, из железа что ли?
– только и сказал я, снимая с лица респиратор. Лицо было все мокрое, как и спина. Ноги не держали, а рука, за которую меня буквально выдернули, зверски болела и плохо слушалась. Похоже, я заработал растяжение.

– Почти, - усмехнулся главный.
– А вот респиратор я бы на твоем месте не стал бы снимать. Эта завеса, хоть и полицейской модели, но дышать ей, все же, не рекомендуется.

– Да что это за фигня такая вообще?

– А "фигня" эта, одна из недавних разработок. Точнее, в спец подразделениях ее летальные аналоги используются уже несколько лет, а вот в полицейские подразделения она поступила недавно. Если коротко, это взвесь управляемых диффузных микроботов с генераторами задымления. Заодно она глушит неавторизованные личные сканеры и оказывает негативное влияние на незащищенные органы дыхания.

Я вспомнил про сестру, которая должна быть где- то в здании (если только не перебралась в другое место) и мне стало за нее страшно:

– Это смертельно?

– Конкретно эта завеса - нет. Максимум - тремор конечностей, парализация и потеря сознания. Это же полицейская модель. Все равно приятного мало.

– А чего она дальше не идет, - указал я рукой на кляксу дыма, который растекся кляксой метров десяти в диаметре по крыше и встал на месте. Клубы дыма лениво колыхались, но упорно не хотели подниматься выше, к своду межуровневого перекрытия.