– Слушай, я вот тут задумалась, а ты не думаешь, что все это подстроено?

– В смысле?

– Ну, дым этот. Откуда он вообще взялся? Огня мы нигде не видели. Летим все так же, как и летели.

– Это если рывков и тряски не считать. Но мысль твою я понял. Думаешь, нас хотели убрать?

– Тебе виднее, это ведь ты у нас со спецслужбами общался.

– Да не. Если бы нас хотели убрать, то сразу же бы и пристукнули.

– А если им видимость несчастного случая нужна была? Погибли в результате сбоя автоматики и никого рядом на сотни километров. Несчастный случай.

Я прикинул:

– Да не. Как- то абсурдно звучит. Ну зачем им что- то поджигать? Тогда бы уж проще - отравили бы те же НЗ пайки и все. А дым - это как- то несерьезно. Зачем?

– То- то мы из этого "несерьезного" дыма ели живыми выбрались. А с едой... Как тебе причина смерти "отравился несвежим НЗ"? Там ведь срок годности - пара десятков лет минимум.

– Ну не знаю. Не работают так! Есть гораздо больше способов действовать наверняка. Кто мы такие, чтобы с нами что- то городить? Пристрелить и быстрее и проще.

– Ты не понимаешь, что я хочу тебе сказать. Ты помнишь, сколько там возни было? Там же куча заинтересованных лиц! Они не из- за нас могли это все устроить, а чтобы другие к ним не придрались! Чтобы все естественно выглядело!

– Какие- то "другие", "заинтересованные лица". По- моему ты чересчур усложняешь. Бритву Оккама помнишь? Не надо плодить сущности сверх необходимости.

– Ты еще чайник Рассела вспомни.

– При чем здесь чайник? Он тут совсем не в тему. А если уж говорить о естественности: тогда уж выбросить нас где- нибудь в глуши без еды и воды и подождать пока мы от голода не помрем. Смерть от голода - естественнее некуда!

Сестра изменившимся лицом оборвала меня:

– Не каркай! Воды у нас уже нет!
– Леля сделала ударение на слове "уже". Тут послышался скрежет и корпус гондолы сотряс сильный удар. Потом последовала еще пара сильных рывков и все замерло.
– Что это?!

Несколько томительных мгновений я, замерев, прислушивался к окружающему:

– Слушай, а по- моему, мы сели.

– Накаркал, редиска!

Я вскочил на ноги:

– Давай, собираем вещи и пойдем, посмотрим, что снаружи твориться.

Леля тоже осторожно поднялась, помогла мне упаковать спальники и уложить их в сумку. Потом покосилась в сторону люка, из которого все еще валил дым:

– А как ты спускаться собрался? Я туда еще раз не полезу.

Я равнодушно пожал плечами:

– Пока не знаю. Проблемы надо решать по мере их возникновения. Походим, поищем другие пути. Может еще люк есть на крышу гондолы. Или с внутренней обшивки можно найти какое- нибудь сервисное отверстие. Как- то же сюда техники попадают?

– Леля только хмыкнула:

– Ну пошли.
– А потом тут же добавила.
– Что- то меня все еще как- то тошнит...

Второй люк мы нашли достаточно быстро. Но он оказался закрыт изнутри. Поэтому нам пришлось переползать на внутреннюю обшивку и ползать между талей и ребер жесткости, на которых крепились пакеты оболочки, прикрывающие гелиевые секции от внешнего мира. Минут через десять - изнутри этот дирижабль дисковой формы казался еще огромнее - я остановился:

– Смотри- ка. Вон тут можно наверх подняться. Там наверняка наружу выход есть. Как- то же они должны были иметь доступ к пленке с солнечными батареями?

– Ну веди тогда. Если тебе так интересно. Спешить- то нам некуда. Только я тебе на всякий случай напомню - нам так- то вниз надо, а не вверх.

Я, наоборот, обрадовался:

– Не, ты не понимаешь. Там тоже могут быть помещения. Там энергия солнечными батареями вырабатывается, оборудование для связи тоже наверняка наверху расположено. И потом - сверху мы гораздо лучше рассмотрим, где оказались.

Леля скептически на меня посмотрела:

– Ладно, ладно. Пошли уже.

Забирались мы достаточно долго. Карабкаться по лесенке оказалось довольно утомительно, к тому же мы еще толком не отошли от отравления дымом. Ситуацию спасали периодически попадающиеся площадки, которые были предусмотрены в проекте, видимо, как раз для этих нужд.

И мы все же нашли, то, о чем я говорил! Примерно в 10 метрах от выхода на поверхность, не далеко от центральной оси дисколета, оказалась площадка, к которой со всех сторон тянулись какие- то кабеля, провода и даже несколько шлангов. На самой площадке с небольшими перилами стояло несколько железных блоков и небольшой терминал и даже, как ни странно, небольшое металлическое сиденье.