В это время подал сигнал компьютер. Доктор Смерть отвернулся, чтобы принять новое сообщение из Лиона.

Мочилов продолжил:

– В нашей операции принимают участие и сотрудники «Альфы». У них хороший следственный аппарат, а мы таким не располагаем и потому вынуждены были привлечь их.

– Значит, генерал Астахов обманул нас, сказав, что их к вашей операции не допустили, – усмехнулся Басаргин. – Впрочем, простительная ложь…

– Генерал проявил нормальную осторожность. Итак, чтобы вы непреднамеренно не спутали нам карты, я попрошу генерала помочь вам решить некоторые из интересующих Лион вопросов. Кроме, естественно, основного.

– Который вы считаете основным?

– Где находится и чем занимается в настоящее время эмир Алимхан Кашаев! Вы же можете ответить своим просто и без затей – что это установить пока не представляется возможным. И это будет для вас правдой.

– Можем, – согласился Басаргин. И добавил, обращаясь к Доктору: – Что там? Кого ты ставишь на контроль?

Чтобы не мешать общему разговору, Доктор Смерть, расшифровав телеграмму штаб-квартиры Интерпола, сразу включил систему спутникового контроля телефонных разговоров и сделал запрос. Компьютер вывел на экран карту Москвы, и на этой карте засветилась, с равными промежутками мигая, маленькая красная точка. Именно это изображение Басаргин и увидел на мониторе.

– Нас просят проверить владельца телефона спутниковой связи, – объяснил Доктор Смерть. – Телефон зарегистрирован в Москве. Владелец имел какие-то контакты с пластическим хирургом в Женеве, подозреваемым в том, что делает на дому нелегальные операции на лице.

– Увеличь изображение, – распорядился Басаргин.

Доктор стал щелкать компьютерной мышью по иконке, изображающей увеличительное стекло со знаком «плюс» посредине.

– Какой номер? – спросил Мочилов.

Доктор Смерть, не отрываясь от монитора, назвал номер. И только когда изображение стало почти максимальным, повернулся в сторону полковника и майора.

– Что? – спросил Басаргин, которому монитор было видно плохо. – Включай прослушивание.

– Не надо прослушивания. Это ничего не даст, – со вздохом сказал полковник.

– То есть. – Басаргин еще не понял ситуацию.

– Трубка находится на Хорошевке, в здании ГРУ, – сообщил Доктор Смерть.

– Я могу дать более точные сведения. – Теперь Мочилов усмехнулся, хотя и недовольно. – Эта трубка закрыта в моем персональном сейфе. Там, в кабинете…

– А обладатель трубки?

– О нем говорить я не уполномочен. Могу дать гарантию, что в моем сейфе он, в отличие от трубки, не закрыт…

– И на том спасибо, – сказал Тобако.

– И именно это мы должны передать в Лион? – подняв брови, спросил Басаргин.

– Зачем же. – Мочилов проявил великодушие и решил поделиться опытом общения с начальством. – Вы можете передать данные на официального обладателя трубки. И даже имеете право сообщить, что он – подставное лицо, которому просто заплатили двадцать баксов за оформление – вот и все…

За последние годы Хожаеву порой приходилось допрашивать боевиков, хотя чаще этим делом занимаются специалисты-дознаватели. Однако бывают времена, когда дознавателей на всех задержанных не хватает, и из-за срочности с ними работают простые опера. И опыт подсказывал, что на первом допросе добиться положительного результата бывает трудно. Задержанные старательно тянут время, чтобы каким-то путем узнать ситуацию вокруг себя и ориентироваться по ней, подбирая соответствующие ответы на вопросы.

Сейчас, чтобы не терять такое драгоценное время, только приехав в управление, подполковник попросил предоставить ему комнату для допросов, чтобы поговорить с задержанным сразу, пока тот, что называется, «не остыл». Но заодно попросил дознавателя подготовиться. Однако начать допрос сразу не удалось. Опять позвонил ментовский майор, с которым вместе работали по свежим следам в госпитале:

– Рамазан, мы отпустили эту женщину с сыном. Которая фоторобот делала.

– Вы же обещали ее на машине отправить…

– Не было машины под рукой. До комендантского часа хотели так отправить. Сейчас в городе спокойно…

– Ей не в город, ей в Ханкалу.

– Добралась бы. Последним автобусом. Не в этом дело… Они пошли к автовокзалу, и в квартале от нас встретили одного из тех, что были у нее в квартире. Он уже в офицерской форме. В эмблемах родов войск женщина не разбирается. Но звание определила – боевик в форме подполковника. Тот, который моложе, он всем командовал. Какую-то гадость они опять готовят… Мы отправили всех свободных на прочистку района, подключили ОМОН, раздали фотороботы, но пока результата нет.

– Я понял. Что будет, звони. И обязательно пришлите нам побыстрее все фотороботы. Они могут проходить по нашей специальной картотеке. Женщину с мальчиком все же машиной отправьте. Поздно уже, опасно, тем более после этой встречи.

– Теперь уже отправим. Машиной. Последний автобус все равно уже ушел. Комендантский час скоро. Не переживай.

– Ну-ну…

Хожаев убрал в карман трубку.

– Что там? – спросил Трапезников.

– Женщина, которая фоторобот делала, хозяйка квартиры, вышла из ментовки и через квартал увидела человека, который командовал там, у нее в квартире. В форме подполковника. Его ищут, но пока… Сам понимаешь…