– Пойдем в землянку.

В землянке, как только охранник закрыл за ними дверь, Зелимхан достал из-под нар ноутбук Алимхана и еще какие-то приборы, назначение которых он сам не знал. Младший брат смотрел на все это равнодушно.

– Это мое?

– Твое.

Ноутбук раскрывать он не стал. Взял равнодушно один из приборов.

– Что это?

– Сканер. Регистрирует электромагнитные излучения от любого активированного электронного прибора. Им «жучки» ищут. «Подслушку».

– На ноутбук среагирует?

– Пока выключен, слабо. В компьютере селеновый аккумулятор. От которого часы идут. На него может среагировать. Может и не среагировать.

– Попробуй…

Зелимхану необходимо было увидеть, как брат работает с этими приборами. Сам он работать с ними не умел, и считал, что большинство людей не умеет. Память памятью, а навыки рукопашного боя брат сохранил. Должен и эти, по работе с приборами, сохранить.

Алимхан механически включил сканер, и сразу за плавным щелчком послышался прерывистый и тревожный электронный зуммер.

– Работает? Среагировал? – спросил довольный эмир.

– Нет… Слишком сильная реакция… Сработало на что-то другое…

Он повернулся к огню, чтобы рассмотреть шкалу прибора.

– По силе сигнала можно подумать, что у тебя здесь установлена «подслушка» или радиомаяк, может быть, даже наводка для ракет.

Зелимхан напрягся.

– Ищи!

Алимхан повел прибором вправо и влево, отстранил от себя и приблизил. Встал и по комнате прошел… Пожал плечами:

– Ничего не пойму. Сигнал везде одинаков. Этого быть не может. Кто-то без меня брал прибор?

– Никто не посмел бы. – Зелимхан смотрел мрачно и с недоверием.

– Тогда…

– Что?

– Тогда он реагирует на меня. Не могли же мне под кожу что-то вшить, пока я был без сознания. Шайтаны ментовские…

– Проверь…

Алимхан положил сканер на стол и отошел к двери. Зуммер стал еле слышен. Снова приблизился, зуммер усилился. Он снял бушлат, оставил его рядом со столом и отошел. Зуммер не изменил тембр.

– Так… – Алимхан думал несколько секунд, склонив упрямо голову, как делал это раньше, до пластической операции. Глядя на брата в этой позе, Зелимхан больше не сомневался. – На кого работает Кадыр?

– Кадыр? Кадыр мой одноклассник… Кадыр может работать только на меня.

Алимхан взял бушлат в руки и стал прощупывать подкладку. Это заняло добрый десяток минут. Но время не пропало даром.

– Вот! Что-то есть! Дай нож.

Зелимхан подал нож. Младший брат вспорол неровный шов и вытащил маленький прибор. Поднес его к сканеру. Сканер начал гудеть интенсивнее. Тогда Алимхан просто пробил находку ножом. И звук сразу пропал. Сканер молчал, только стрелка его без звука подрагивала, реагируя, возможно, на селеновый аккумулятор ноутбука.

– Что это? – спросил Зелимхан.

– Радиомаяк. Этот бушлат дал мне Кадыр, чтобы я не замерз в дороге, а себе он купил новый. Почему он не мне купил новый? По радиомаяку всегда могут определить наше месторасположение и контролировать передвижение. Передвижение всего нашего отряда!

– Эй! – крикнул Зелимхан.

Буквально через секунду в дверь вошел охранник. Молча остановился, ожидая приказаний.

– Возьми людей. Арестовать Кадыра. Обезоружить и… Ко мне его… Быстро…

– Кадыра «повязали»! – сказал Кордебалет.

– Вижу, – ответил Согрин.

– На чем-то «засыпался». Интересно, на чем? – подумал вслух Сохно. – Честно говоря, я бы на его месте постарался этого избежать.

– Держится хреново. – Кордебалет, пользуясь силой своей оптики, сумел рассмотреть лицо начальника разведки. Уже совсем рассвело, и приборы ночного видения все выключили.

– Чем хреново?

– Испуган. Харю скривил, заплакать готов. «Расколется» сразу.

– Он знает хоть что-нибудь об Алимхане? – поинтересовался Сохно.

– Ни он об Алимхане, ни Алимхан о нем. Что же там случилось? Я дал Кадыру радиомаяк. Не могли же они его засечь?

– Может быть, и могли…

– Видел кто? В землянку к Кадыру входили?

– Нет, я не видел.

– И я не видел. Землянка под моим присмотром. И не выходил никто, – подтвердил Кордебалет мнение Сохно.

– Повели его сразу к Зелимхану. Если у них есть сканер, сканер не мог среагировать на радиомаяк из землянки Зелимхана. Далеко.

– Может быть, радиомаяк вообще ни при чем. Мало ли за Кадыром грехов.