Шрифт:
Маша рассмеялась. Как же ей не хватало его непоколебимой уверенности в себе. Внезапно смех замер, и она начала говорить, словно это был последний день её жизни.
– Меня зовут Мария Швецова, двадцать четыре года, родилась в Житомирской области в городе Ружин 10 апреля. Знак зодиака – овен. Мама – швея, отец – водитель автобуса. Учусь в университете на маркетолога. Временно работаю кассиршей в супермаркете, чтобы оплатить съемную квартиру.
Нелюбимая еда: чеснок, оливки, фасоль и печёнка. Любимая: морепродукты, жареная картошка и мороженое. Обожаю лошадей, кошек и ромашки, ненавижу пауков, жуков и дождливую осень.
Мечта – объехать весь мир. И любимый человек… – Маша запнулась, – Леонид Тетерев.
Лёня рассмеялся и крепко сжал её в своих объятиях.
– Ты бесподобна! Похоже, теперь моя очередь делать доклад, – он усмехнулся. – Старший сын в семье, тридцать пять лет, скорпион. Моей семье принадлежит несколько супермаркетов и небольших магазинчиков. Я руковожу их финансированием.
Любимая еда – все, что приготовлю сам. Нелюбимая – такой нет. Любимое время года – весна. Недостатки – эгоист, нетерпим к людям, раздражителен и очень ревнив. Положительные качества – целеустремленный, уверенный в себе, невозмутимый.
Навязчивая идея – найти Марию Швецову. Так как цель достигнута, возникла новая – привязать её к себе и больше не позволить убежать.
Маша всхлипнула.
– Прости меня.
Лёня обнял её и погладил по голове, будто маленькую девочку.
– Ты уже это говорила.
– Но тогда я думала, что сплю, – возразила Маша.
– Но ты впервые была настолько искренна.
Лёня убаюкивал её на руках до тех пор, пока она не уснула, ничуть не жалея, что ужин так и остался на столе.
Через несколько дней Леонид вынужден был признать, что его самоуверенность сыграла с ним злую шутку, – грипп его все же свалил, но он ничуть не расстроился, хоть и провел Новый год с высокой температурой в постели.
Ведь его желание исполнилось – Мария Швецова была рядом.
Глава 8
«Жизнь прекрасна!» – Маша готова была кричать об этом всему миру.
Свой новый год она начала с чистого листа – без обмана и недомолвок. Теперь девушка изредка появлялась в своей съёмной квартире, почти все время проводя у Леонида.
С нового семестра у неё опять начался насыщенный учёбой и работой график, но Лёня уже не уговаривал её уволиться, потому что каждый вечер она возвращалась к нему.
Маша даже позволила ему оплачивать такси, когда он сам не мог её встретить на машине. Тетерев уважал её желание зарабатывать самостоятельно, хоть и не понимал этого, но крайне плохо относился к ночным сменам, поэтому Маша работала теперь исключительно в вечерние. У неё даже стали оставаться деньги, поскольку продукты покупал Тетерев. Она забыла, что такое стоять у плиты. Любимый не подпускал её, и причина была вовсе не в заботе о ней, а скорее о самом себе, потому что приготовленная ею еда не шла ни в какое сравнение с его кулинарными шедеврами. Более того, он просто любил готовить. Правда, иногда Лёня разрешал ей пожарить картошку, к которой готовил вкусный соус, и Маша ещё больше полюбила жареную картошку.
Суматоха праздничных дней улеглась, в магазине все вошло в привычное русло. Маша в какой уже раз увидела менеджера, отчитывающего Мышкину. Швецова никак не могла понять, как он умудрялся находить причины, чтобы отругать бедную девушку, которая была не только прилежной и тихой, но ещё и добросовестной сотрудницей.
Маша немного сомневалась, стоило ли ей вмешиваться, но отчаянье, читавшееся во всём облике поникшей Виолетты, не оставило её равнодушной.
– Доброе утро, – бодро поприветствовала Маша Виолетту и нехотя кивнула менеджеру, словно делая ему одолжение.
– Здравствуй, Машенька, – заискивающе поздоровался он, вызвав искреннее удивление Швецовой.
– Что у вас случилось? – настороженно спросила Мария, не зная как реагировать на его странное поведение.
– Все замечательно! Правда, Виолетта!? Кстати, можешь идти работать, – улыбаясь Мышкиной, сказал он. – Прошу прощения, но у меня тоже работа. Удачного дня.
Пока Маша приходила в себя от удивления, менеджер ретировался. Девушка недоуменно пожала плечами.
– Что это с ним? Он какой-то уж очень приветливый.
Маша посмотрела на часы.
– К тому же я опоздала на пять минут. Ничего не понимаю.
– Он тебя побаивается, – робко проговорила Мышкина.
– Чего это ему меня бояться?
– Вернее, он не тебя боится, а Тетерева, – тихо пояснила она.
– А причём здесь Леонид? – Маша напряженно думала, но потом махнула рукой, так ничего не сообразив. – Ай, ладно, неважно, лучше скажи, чем ты опять ему не угодила?