– Короче, делайте, что хотите, мне плевать – все равно ваш Андрюша начал давать показания. Знакомые менты шепнули, так что не обессудь, дорогой, если завтра ваше шествие закончится для вас вязаловом. И, соответственно, поездкой всех в автозаке до ближайшего отделения, – рассказывал Дорогин. Ведов вслушивался в его речь и пытался понять, что его смущает в этих словах. Ясно, что про Рябова – это врёт, угрожает. Но в том-то и дело, что в голосе Дорогина и нотки угрозы не было. Наоборот, абсолютное равнодушие, безразличие, на него это не было похоже. Будто и не Дорогин вовсе, а робот какой-то.

– И ещё хочу сказать, что для вас, если вас повяжут, это даже будет безопаснее, слышишь меня? А то мне тут ещё шепнули, что вас на этом шествии хотят прессануть!

И опять ровный ничего не выражающий голос. Будто этот голос не из телефонной трубки говорил Ведову, а откуда-то из подсознания.

– Мне очень страшно! У тебя все, а то я за рулём? – так же равнодушно сказал Ведов в трубку.

– У меня все. Смотри, чтобы у тебя было не все, – связь оборвалась и гудки показались журналисту куда красноречивее и эмоциональнее недавнего разговора.

«Вот урод! – подумал Ведов, после того, как положил телефон в карман, – все настроение испортил. И зачем он звонил!? Что, хотел предупредить? Посочувствовать? Нет, что-то здесь определённо не так. Может быть, менты готовят провокацию, а добрый Дорогин по-свойски решил об этом рассказать? Ну-ну! Конечно! Разбежался! Нет, но ведь не зря он позвонил. Да и этот равнодушный голос! Зачем же он звонил? Блин, только об этом я ещё не думал!»

А думать Ведову, действительно, было о чём. До выборов оставалось страшно мало дней, и электорату требовались новые пилюли пропаганды взглядов кандидата Рублёва – иначе этот электорат не пойдёт на выборы.

А как ещё можно попиарить Рублёва? Какими акциями? Устроить что-нибудь против ФСБ, но они скрутят всех ещё до выборов, и все пойдет псу под хвост. Нужны идеи! – И тут резко что-то тяжелое влетело в Сашину голову, по крайней мере он резко дёрнулся, – Блин, как же я забыл? Сегодня же надо принимать ролик!

«Запорожец» вздрогнул и, прибавив скорости, покатил в сторону металлургического района. Здесь между заводами и трубами, вся в дыму, стояла его родная телекомпания, которой он и заказал предвыборный агитационный ролик кандидата Рублёва.

Ролики кандидатов не отличались оригинальностью, все ограничивались пустой болтовнёй в кадре и призывами в стиле: «Голосуй за Ивана Иваныча Пупкина». Рублёв же решил снять целое кино.

Короткометражное. В основу лёг сон, который приснился ему, когда он только приехал делать репортаж о RASSOLNIKax. Это тот сон, где он рушил памятник Серпу и Молоту. Такой же памятник соорудили за городом, все сделали из папье-маше, только кувалда была резиновая. Вместо фона – натянули зелёное полотно, хромокей – обычно на телевидении всегда снимают на «хромокее», потом при монтаже его замещают необходимой графикой, фоном, декорацией. В этом ролике заместили раскалёнными лавами стали, очертаниями и тенями города, рассветом. Все как во сне. Только с последним ударом Александра об уже скрюченный памятник рядом с героем, обливающимся потом, появился слоган: «Уничтожим старое, ради рассвета нового». Да, вот так «по-базаровски». Зато безо всяких призывов прийти и проголосовать за номер такой-то, без всяких обещаний «прекрасного далёка» и прочей скучной мути, которую вынуждены слушать горожане перед каждыми выборами.

Ролик получался великолепным – на монтаже это было понятно. Но сколько избирателей его оценят и поймут?

Запорожец Александра проезжал мимо билбордов с изображением Рублёва, мимо стен сталинок, обклеенных плакатами кандидатов, под предвыборными растяжками, раскинутыми над дорогами.

«Ну, в общем-то, – подбивал итоги проделанной работы Ведов, – все организовано грамотно. Встречи с избирателями регулярны, свое плюс купленное время на телеке и на радио используется по полной, да и город весь позеленел от цветов RASSOLNIK’ов, не говоря уже о том, что акции помогают постоянно приковывать к себе внимание. Вчерашняя акция в парке уже на местных форумах вызвала такое же обсуждение, как если бы в город приехала сборная России по футболу и проиграла местной любительской команде!»

«Это ещё что, – продолжал планировать предвыборную агитацию Александр, объезжая ямы и лужи на дорогах, – мы ещё проведём праздники для детей, украсим ленточками с именем Рублёва все тополя и заборы вдоль центральных улиц, поучаствуем в дебатах и, наверняка, выиграем у соперников. Повезло, что дебаты со Швецовым в прямом эфире выпали на пятницу перед днем тишины. Ох, и разнесём его!»

Александр представил, как Рублёв хоронит в эфире мэра и до того увлекся своими мыслями, что в запале нажал на клаксон.

Но, тем не менее, Ведову казалось, что для победы на выборах этого недостаточно. Может быть, его нервозность оправдана – проигрывать нельзя. Или победа или добро пожаловать в камеру! Это как минимум. Что же еще придумать такого, чтобы наверняка выиграть или хотя бы успокоиться?

Ведов не в первый раз задавал себе этот вопрос. И уже давно осознал, что надо все силы потратить не только на пиар Рублёва, но и на компромат действующего мэра. Причем скомпрометировать надо красиво, чётко, чтобы ни у кого не возникало больше вопросов, за кого отдать свой голос.