Светозар протянул руку к огоньку и тут де почувствовал, что Новолод схватил его за пальцы и поволок во мрак. Какое-то время они быстро шли, едва ли не бежали в глухой, холодной пещере, в которой ничего не было видно. Чародей стал упираться, боясь удариться о что-либо, но вдруг справа потянуло сквозняком, стены расступились и перед глазами чародея появились россыпи камней, усыпанные мокрым снегом. Впереди согнувшись, стоял Новолод. Он повернулся и, приложив палец к губам, махнул: «иди за мной».

Они осторожно обогнули выступающие, скальные части Лударя, пока вдалеке не показался тот самый вход в пещеру, в который они недавно вошли. Светозар присмотрелся и тот час же выпучил глаза. Поверх мыса, стараясь заглянуть сверху в пещеру, беззвучно сновали какие тёмные люди.

Новолод тихо приблизился. Полумрак открыл его испещрённое морщинами лицо, расплывшееся в хитрой ухмылке:

— Видал? — шёпотом спросил он. — Во-на как у нас тут многолюдно. Пошли отсель….

Они сошли вниз долгим, узким, как кишка ходом, освещаемым голубоватым светом Вечных огней, закреплённых через каждые пять-шесть шагов на кончиках зубчатого капельника[134]. Сход упирался в стену, но Светозар уже привык к тому, что здесь, в глуби пещер это не означало, что путь окончен. Он уже не мог вспомнить, сколько же раз за этот день ему доводилось видеть, как стены безшумно отъезжали в сторону? Крайне редко некоторые из них откатывались с гулом, но всё так же легко, будто их створка из цельной каменной плиты была невесома. Разумеется, всё было иначе, поскольку мелкие частички щебня в проёмах шумных «дверей» были растёрты так, словно побывали в жерновах.

Новолод сделал невидимый знак и с очередной стеной, вставшей у них на пути, случилось что-то такое, чего княжий кудесник доселе ещё не видел. Светозар даже не понял, что именно с ней произошло, поскольку в следующий же миг Странник просто шагнул в стену и исчез. Оторопевшему чародею ничего не оставалось, как следовать за ним. Только шагнув в скалу, проходя её насквозь, он увидел, что часть каменной преграды, давая людям проход, просто хитроумно сдвинулась с наслоением. Слабый свет так причудливо ложился на горную породу, что открывшееся пространство просто не было видно.

Вошедшие оказались на каменном крыльце вытянутого пещерного зала. Пока Светозар осматривался, Новолод снова что-то сделал со стеной, и она чудесным образом обрела свою привычную неприступность. Зал, как и дорога к нему освещался Вечными Огнями, с той лишь разницей, что здесь эти огни были в виде больших, матовых шаров, сделанных то ли из камня, то ли из соли. По центру и краям помещения шли три прохода, вдоль которых стояли соляные стеллажи с нишами. Светозару уже приходилось видеть такие. Из них торчали разбухшие свитки, книги, дальше, насколько было видно, возвышались стопки дощечек с тьрагами, какие-то матерчатые и кожаные рулоны, и во множестве тёмные берестяные трубки.

Если поглядеть с крылечка помещение казалось безлюдным, однако в дальней его части мягко светились пробиваемые светом стеллажи, и изредка покачивалась чья-то тень. Новолод кивнул в ту сторону. Они сошли на кедровый пол, который тут же взорвался неимоверным скрипом. Светозар пытался шагать шире, перепрыгивать толстые половицы, пока не убедился в тщетности своих попыток идти тихо. Странное дело, но стоило ему остановиться, скрип тут же прекратился, хотя Странник, тихо посмеиваясь в сребровласую бороду, продолжал неторопливо шагать впереди его. Сомнений не было, зная секрет куда ступать, вполне можно было передвигаться по читальному залу и безшумно.

Когда они подошли к крайним стеллажам, сердце Светозара ёкнуло. Над последним из них проплыла макушка чьей-то головы. Кудесник повторно примерился к залу: стеллажи были саженные[135], а то и более того. Получается, что тот, кто находился за ними, ростом был в сажень с двумя аршинами[136]? Это же, как Великан Мимир!

Тем временем они вышли к освещённому Вечными Огнями углу, и Светозар увидел того, кого перед походом в эту читальню Новолод с великим почтением звал Светой старец Белогор. За высоким каменным постаментом стоял древний, как Рипеи дед. Свет, исходящий от него в мирах был сродни Свету Учителя Вершины, а потому кровь ощутимо заухала в груди княжьего чародея. Ведь говорил ему некогда Дїй, «не горюй, без Учителя не останешься», не уж-то это ОН и есть?

Великан, как видно только что уложил на постамент увесистый, книжный ларь. Он держал в шуйце специальный зажим для страниц, намереваясь приступить к чтению[137]. Казалось, что ему нет никакого дела до того, кто перед ним и с чем пришёл.

Светозар стал чувствовать, как заколыхалась невидимая энергия, стали плавать, едва заметно искривляя реальность какие-то образы: «Боги Светлые! — взорвалось в голове чародея. — Да ведь они меж собой сейчас разговаривают!»