Крис и Лукас, разбиравшие между собой оружие, широко улыбнулись…

В этот момент через входную дверь номера, с оглушительным шумом слетевшую с петель, в комнату, влетело свыше полутора десятка полицейских в бронежилетах с автоматами наперевес, тыкая пальцами и оружием на всю троицу с дикими воплями на испанском…

«Вот, блин, влипли…» – медленно подняв руки за голову, произнёс Кира, из-за плохого знания испанского не понимавший и половины из сумбурного ора вокруг, тихо переспросив – «Лукас, чего им надо?».

«Да, в общем-то, ничего особенного, Кира, говорят – мордой в пол или башку отстрелим…» – тихо произнёс юноша, после чего он вслед за Крисом медленно и осторожно лёг на потёртый от времени ковролин гостиничного номера.

«Да ложусь, ложусь, уже…» – с улыбкой произнёс Кира на ломанном испанском, после чего, вырубился, получив увесистым прикладом по затылку…

Спустя довольно продолжительное время, придя в сознание, он медленно открыл глаза, чтобы увидеть, что все они втроём уже были заботливо размещены в убогой тюремной камере с массивной железной дверью и крохотным окошком с толстой решёткой на противоположной стороне…

«Шеф, ты как?» – быстро шепотом переспросил сидевший рядом Крис.

«Голова болит, зверски, но жить буду…» – слабо улыбнулся Кира, приподнимаясь с нар и принимая сидячее положение.

«И где вы только умудрились так оружием отовариться, что нас в тот же день с ним и повязали?» – с ироничной улыбкой полушёпотом, подойдя к ним, устало переспросил Лукас.

«Это невозможно – у нас канал надёжный был – эти нипочём бы, ни сдали…» – спокойно отмахнулся Крис, тихо поинтересовавшись – «Может это за тобой хвост был?».

«С чего вдруг за мной, обычным туристом, послали бы взвод полицейских?» – пожал плечами Лукас, добавив – «Это уж как пить дать кто-то из ваших деляг нас слил. Вот поэтому их и было столько – знали, что у нас там целый оружейный склад. Тихо!».

В полной тишине в коридоре раздались постепенно приближавшиеся к камере шаги нескольких человек, после чего с двумя поворотами ключа, металлическая дверь отворилась, открыв взору узников четверых вооружённых автоматами мексиканских полицейских, один из которых многозначительно показал пальцем на черноволосого высокого молодого человека, что-то добавив на испанском…

«Кира, тебя зовут и говорят, чтобы без глупостей, а то стреляют без предупреждения» – быстро шёпотом перевёл Лукас, сидевшему рядом товарищу.

С улыбкой кивнув в ответ и показав своей команде жестом, что всё в порядке, Кира встал и медленно, убрав руки за спину, вышел из камеры. Спустя минуту, облачённый в наручники, в сопровождении конвоя он вошёл в комнату для допросов и, следуя жестам конвоиров, сел на стоявший возле стола стул, мельком взглянув на зеркальную стену помещения.

Сидевший за столом напротив него толстый мексиканец в полицейской форме улыбнулся и, сверившись с парой строк, записанных в его блокноте, старательно выговорил на итальянском – «Вы говорите по-итальянски?».

«Да, вполне…» – на беглом итальянском ответил Кира.

Заметно обрадованный данным фактом, мексиканец улыбнулся себе в усы и, встав со стула, ударил кулаком по столу, требовательно и крайне эмоционально произнеся что-то на испанском языке, сопроводив всё это активной жестикуляцией. Кира, не понявший ровным счётом ни слова, с грустью подумал, что в данный конкретный период времени его практически полное незнание данного европейского языка, на фоне блестящего владения многими другими, сыграет с ним весьма злую шутку…

«Я не говорю по-испански. Совсем…» – пожав плечами, на ломанном испанском с грустной улыбкой произнёс заученную фразу Кира, прекрасно понимая, что отсутствие переводчика скорее наоборот играло ему на руку, давая ценное время, чтобы оценить ситуацию.

Вместо благодарности, молодой человек тут же получил мощный удар по челюсти…

Мексиканец, выдав ещё пару громких тирад на испанском, из которых Кира понял только довольно красноречивое и безо всякого перевода «italiano mafioso», эмоционально плюнул на пол и, жестом позвав тюремный конвой, быстро дал им какие-то распоряжения…

С огорчением отметив, про себя, что его вели вовсе не в ту камеру, где были ребята, Кира, прошёл по коридору, поглядывая на приставленное к нему дуло автомата, после чего, остановившись напротив одной из пустых камер, послушно вошёл внутрь, с добродушной улыбкой показав на всё ещё не снятые с него наручники. Вместо этого дверь с шумом захлопнулась, оставив его в одиночестве в полутьме, посреди печально стоявших у стен пустых коек…

Спустя пятнадцать минут снаружи снова раздались шаги, после чего, дверь вновь открылась, и на пороге в сопровождении трёх мексиканцев-охранников появился юноша европейской внешности худощавого телосложения в белой рубашке, галстуке и тёмно синем костюме.