Шрифт:
– Ненависть, - все так же глухо продолжил Каверин.
– Заслужил. А я… просто завидую… Он не понимает… Не ценит…
Каверин обхватил руками голову, зарывшись пальцами в волосы. Потом немного взял себя в руки и спросил:
– Ты же не такая. Тебе не нравится все это?
– Каверин… кто дал тебе право лезть мне в душу? Ты – мерзкий садист и извращенец!
– выкрикнула она зло.
Он покачал головой.
– Жаль что ты так думаешь…Очень жаль. Если бы я мог…
Каверин развернулся и быстрым шагом ушел. Людмила потрясенная, прижала руку к груди, пытаясь унять сердцебиение.
Она вернулась в зал, в ушах шумело, голова кружилась, во рту пересохло и чувствовался противный металлический привкус.
Руслан все так же стоял у стены с бокалом в руках и беседовал с седым господином в белом пиджаке. Людмила подошла и тихо встала рядом, не смея вмешаться в разговор. Голова кружилась все сильнее, сердце будто спотыкалось, опять начали неметь пальцы на левой руке. Она смотрела на мужа и безмолвно заклинала его почувствовать, как ей плохо, понять и увезти ее отсюда. Но Руслан не обращал на нее никакого внимания. Наконец, решилась и сжала его локоть. Нехотя отвлекся от разговора и спросил:
– Что такое, родная?
– Мне нехорошо, – ответила Людмила тихо. – Давай уедем.
Руслан жестом подозвал официанта, поставил бокал на поднос.
– Опять болит?
– Немного. Мне жаль, что порчу тебе праздник.
– Глупая, - ответил Руслан, и погладил ее по щеке, - ты для меня важнее всего на свете.
Ей так хотелось поверить ему. Как всегда - безоглядно.
Глава 19
В воскресенье Людмила встала позже обычного, позволила себе бессовестно проваляться в постели лишний час. Руслан встревожено спросил: «Что болит?», сосчитал пульс, измерил давление, вроде успокоился немного. Но все равно заставил выпить какие-то таблетки. Людмила не спорила. Она с удовольствием провела бы в постели весь день.
Но на вечер был запланирован визит родителей Руслана. Можно было бы попросить мужа позвонить отцу и отменить приглашение. Людмила действительно чувствовала себя неважно. Но представила себе, как профессор презрительно скривит губы: «Из санатория сбежала – значит здорова!». И передумала.
Впервые приготовление праздничного ужина не доставило Людмиле никакого удовольствия. Она очень любила готовить, особенно новые, необычные блюда. Но сегодня продуманное за неделю меню – рагу по-ирландски, картофель «дофин», салат-коктейль из морепродуктов, вафельные корзиночки с «Цезарем», чернослив с орехами в сливках и торт «Вдохновение», показалось невыполнимой задачей.
– Давай, я позвоню отцу.
Руслан обнял ее за плечи.
– Выглядишь очень усталой. Целый день провозишься на кухне, потом еще этот ужин, а завтра на работу.
Людмила вздохнула, но упрямо покачала головой.
– Ты своего отца не знаешь? Будет столько сарказма…
– Я скажу, что ты заболела. Гриппом. Отец ни за что не придет – панически боится заразиться «инфлюэнцей».
– Врать не хорошо!
В кухню зашел заспанный Антошка.
– Это будет ложь во благо!
Руслан потрепал сына по взлохмаченной шевелюре.
– Умываться, чистить зубы. Посмотри на себя? Немытый трубочист…
– Пап, - отмахнулся раздраженно Антошка. – Пять лет мне что ли?
– Кашу будешь?
Людмила достала тарелку из сушки.
– Неа, - буркнул сын. – Хлопья.
– Овсянка полезнее, - начал было Руслан.
– Или хлопья или ничего, – отрезал Антошка.
– Так и не могу понять – кто из вас упрямее, - улыбнулась Людмила. – Хлопья так хлопья. Сейчас молоко согрею.
Ровно к пяти ужин был готов, стол сервирован, квартира сияла чистотой. Только Людмила держалась из последних сил, чтобы не хлопнуться в обморок и не напугать Антошку. Наскоро приняла душ, высушила волосы и успела одеться, когда в прихожей раздался звонок.
Она строго посмотрела на себя в зеркало и мысленно приказала своему отражению:
– Не раскисай. Ты должна продержаться.
Почти весь ужин она молчала, изо всех сил стараясь не выдавать своего состояния. Мария Петровна посматривала на нее встревожено, профессор увлеченно беседовал с Русланом, почти не удостаивая ее взглядами. Только один раз процедил:
– Рус, жена твоя выглядит бледно. Витамины подобрал бы, что ли. Учишь тебя, учишь. И внука давно пора профилактировать. Иммуномодулянты курсом. Вон опять «инфлюэнца» наступает.
Наконец, ужин закончился. Руслан и Антошка помогли ей убрать со стола, она стиснула зубы перед последним рывком – вымыть посуду. Но Мария Петровна решительно отобрала у нее губку.
– Вытирать будешь, - сказала она тихо, но спорить Людмиле совсем не хотелось. – Лица на тебе нет. А лучше вообще – иди, отдыхай. Тошенька, бабушке помоги!
Людмила благодарно сжала сухонькую маленькую руку Марии Петровны.
– Спасибо. И правда устала что-то. На работу завтра.
– Не за что. Иди-иди. Ужин как всегда великолепный. Позвоню на днях, рецептом рагу поделишься. Травы необычные, очень пикантно.