— Опять не приказал? — Грозно воззрилась на меня мадам Помфри.

— Опять. — Вздохнул я.

Этот спор длился с самого первого посещения Джинни Больничного крыла в качестве моей адорат. Тогда, видя полыхающее красным лицо девочки, мадам Помфри категорически потребовала, чтобы я приказал ей успокоиться. Я не менее категорически отказался это делать, заявив, что прикажу ей что бы то ни было только в том случае, если совсем не найду никакого способа обойтись без этого. А уж вмешиваться со своими приказами в столь тонкую область, как мышление — и вовсе не собираюсь. Мадам Помфри попыталась убедить меня, что это — для ее собственного блага... и потерпела сокрушительную неудачу. Так что ей пришлось отпаивать девочку зельями. Разговор повторился и при втором посещении владений колдомедика — с тем же результатом. И вот теперь, на третий раз, мадам Помфри подняла эту тему с усталым вздохом, сразу протягивая Джинни бокал с успокоительным.

Колдомедик уже собиралась увести Джинни на осмотр, когда в Больничное крыло заглянул «на огонек» профессор Снейп. Характерным образом взмахнув мантией, он отозвал мадам Помфри, и они скрылись за занавесом, отделявшим личные помещения колдомедика от собственно стационара.

Мне стало любопытно: о чем это Мастер зелий собирается поговорить с колдомедиком, и я уже собирался попытать свои силы во взломе заклятий, препятствующих подслушиванию... когда обнаружил, что их просто нет. Так что мне достаточно было прибегуть к частичному обороту, обострив слух, и уплотнить связь с Миа, позволив ей слышать то же, что и я.

— Поппи. — Проникновенно начал главный шпион всея Хогвартса. — До меня дошли слухи, что младший из сыновей семейства Уизли оказался в твоих владениях благодаря его братьям? — Усиленный слух донес до нас с Миа скептический хмык мадам Помри.

— Северус, не надо «шутить» над детишками. А тог я не помню, как близнецы неделю воняли на весь Хогвартс, да так, что от несчастная миссис Норрис от них просто шарахалась. Да и выглядели они тогда... Такой психоделической расцветки и на рок-концертах не увидишь! — Познания колдомедика в маггловской культуре несколько удивляли. Впрочем, идея спросить у нее самой, откуда эдакие знания, и тем самым — признаться в подслушивании не казалась мне хорошей идеей.

— Сколько человек тебе пришлось откачивать — столько дней и проходили. — Голос зельевара был холоден и глубок, как Северное море. — Но не отклоняйся от темы. Они или нет?

— Попал он сюда действительно милостью близнецов, но то, что он до сих пор не вернулся к занятиям — мое решение.

— Это как? — Удивился профессор зелий.

— Близнецы догадались попросить Джинни доставить мне портфель Рона, в котором, «совершенно случайно» осталась не сработавшая петарда. Так что я быстро подобрала противоядие, и могла бы поставить мальчика на ноги за двадцать минут. Да и без этого он пришел бы в себя за пару часов максимум. Все условия, поставленные тобой Фреду и Джорджу, они выполнили.

— Тогда почему он еще в твоих владениях, а не посещает занятия? Не то, чтобы меня это не радовало... но...

— У мальчика какие-то странные симптомы, которые никак не могут быть связаны с этой шуткой братьев. Магическое и физическое истощение, правда пока что — в легкой форме. Да и с психикой у мальчика какие-то нелады. Эмоциональная нестабильность, и, кажется, зависимость. По крайней мере — он до сих пор порывается идти куда-то и искать «свою черную тетрадь».

— Что за тетрадь? — Спокойно и как-то лениво поинтересовался зельевар. Его мантия прошелестела, а раздавшийся скрип не оставлял сомнений — Мастер зелий опустился в кресло.

— Мальчик говорит, что дневник ему подарила Джинни. Но, знаешь ли, здесь он врет, дае если сам в это верит. В числе прочих зелий я подлила девочке веритасерум. Ничего она братцу не дарила. Он просто отобрал у нее эту тетрадку.

— Веритасерум не относится к числу зелий, разрешенных к применению на детях. — Голос Снейпа был флегматично-спокоен. — Что же тебя заставило использовать его?

— О, сущая мелочь. И Рон и Джинни описывают эту вещь одинаково: тетрадка в черной обложке, на которой есть надпись: «Дневник Т.М. Риддла».

— ЧТО?! — Протестующий скрип подсказывал, что Снейп резко вскочил из кресла. — Что ты сказала?!

— Дневник Риддла. Теперь ты понимаешь, почему я не собираюсь отпускать мальчишку из Больничного крыла, пока не найду эту пакость?!

— Да! Моргана и Мордред! Подштанники Мерлина трижды поперек сверху... — Тирада Снейпа грозила затянуться, когда раздался спокойный голос мадам Помфри.

— Вот. Пей. — Судя по звукам, Снейп в три глотка выхлебал то, что ему подала мадам Помфри, что бы это ни было. — Успокоился?

— Да. Спасибо. Дамблдор — знает?

— Если и знает — то не от меня. Мне его прошлогодних выкрутасов выше ушей хватило. — Голос мадам Помфри оставался спокоен. — А теперь, я, кажется, получила объяснение и происшествиям того года. И я не хочу, чтобы «коллекция» окаменелостей пополнялась новыми экземплярами. Судя по тому, что первая жертва появилась лишь на Хеллоуин, и это была кошка — артефакту нужно какое-то время на то, чтобы подчинить носителя. Так что в наших интересах — не выпускать Рона из стационара, и не допустить, чтобы дневник вернулся к нему. А он будет пытаться вернуться.