заходят корабли со всех концов Римской империи. Ефес со своей великолепной

мраморной колоннадой, театром, банями, агорой, библиотекой и мощеными улицами

соперничает с самим Римом в величии — и разврате. Город пожалован почетным

титулом хранителя трех огромных храмов, сооруженных в честь императоров. Однако, первенство принадлежит храму Артемиды. Он в четыре раза больше, чем Афинский

Парфенон и каждый год привлекает тысячи паломников, жаждущих отдать дань

наиболее разнузданному из установленных человеком культов. К этому следует

добавить корабли, ежедневно поставляющие африканских диких зверей и гладиаторов

для игр.

Пребывание в Ефесе было для меня великим испытанием. Повсюду взгляду моему

представали изумительные красоты, но я знал, что они скрывают страшные грехи. Я

истосковался по благочестивому Иерусалиму, где человек стремится следовать законам

нравственности, в уединении ища премудрости.

Прискилла и Акила, уже известные здесь своим ремеслом, собирали верующих у себя в

доме. Они пестовали и наставляли уверовавших. Мы с Тимофеем проповедовали на агоре.

Аполлос, возвратившись, блистал в речах логикой римлянина и поэтичностью эллина.

Послушать его сходились толпы, и многих его учение обратило к Христу.

Тимофей стал хорошим учителем. Иных смущала его молодость, однако в Господе он

достиг большой зрелости и готов был возглавить церковь. Гай был ему хорошим

помощником. Очень полезным оказался и Ераст. В Коринфе он был эдилом, городским

казнохранителем, и его способности управителя сослужили хорошую службу Коринфской

церкви. Никто не испытывал недостатка ни в чем.

66

Собрание наше состояло из народа самого разношерстного, как и в Коринфе.

Раскаявшиеся идолопоклонники, блудники, прелюбодеи, мужеложники, пьяницы и

мошенники всякого рода — все жили теперь беспорочно, поддерживая друг друга. В Ефесе я

за короткое время узрел больше чудес, чем за три года служения Христа в Израиле. Господь

был жив, и Дух Его вершил великие дела посреди прекрасного и жалкого Ефеса.

Получив письмо от Совета, призывающее меня вернуться в Иерусалим, я понял, что

пришло время уступить место Тимофею.

Тимофей, при всей его вере в Бога, очень мало верил в себя.

— Сила, я еще не готов.

Ефесяне были не слишком послушны, и всегда находились волки с намерением

повредить стаду.

— Ты готов, Тимофей. У тебя есть знания — и сердце. У каждого из нас свое

признание. Я должен уйти. Ты — остаться.

— Но смогу ли я?

Я, как мог, напутствовал его:

— Бог снарядил тебя всем необходимым. Помни: мы всегда можем просить мудрости у

Бога, и Он дает ее без всяких упреков. Но когда будешь просить, проси с верой в одного

только Господа. Не сомневайся, Тимофей. И не пытайся все делать сам. Доверься Христу, пусть Он покажет тебе правильный путь. И тогда иди по нему! Когда Он дает тебе, что

сказать, говори. Поступай так, и Бог будет делать свое дело здесь, в Ефесе.

С ним оставались хорошие друзья — Акила и Прискилла, Аполлос, Гай — все

служители, преданные Господу. Я расстался с Тимофеем с грустью в сердце, но с полной

уверенностью, что Господь через Тимофея сильно утвердит Ефесскую церковь.

Я уже много лет не видел Тимофея, хотя мы продолжали писать друг другу. У него все

такое же смиренное сердце, хотя Господь весьма укрепил его за эти годы и посылал других

ему на подмогу, в том числе и апостола Иоанна, и с ним Марию, мать Иисуса.

Мария уже отошла к Господу, Иоанн же все еще с нами.

*

Со временем и с возрастом приходит склонность все больше погружаться в себя. Я не

помню уже ни времени некоторых внешних событий, ни последовательности, в которой они

происходили.

Павлу тогда еще не пришло время покинуть этот мир. Пробыв немного в Иерусалиме, он вернулся в Антиохию, где рассказывал о своем путешествии. После того отправился

обратно в Ефес. Я в то время уже находился дома, в Иерусалиме. Но услышав об этом, обрадовался — я знал, что Тимофею возвращение его наставника принесет огромное