Мы знали, что Савл отправился на север в Дамаск с письмами от Синедриона, в

которых ему давалось разрешение найти всех приверженцев Пути Господнего, и, взяв под

стражу, привести для суда в Иерусалим. Никодим и Иосиф из Аримафеи сообщили нам, что

Савл был с убившими Стефана. Я писал письма, чтобы предупредить тамошних братьев об

опасности, и уповал на то, что Бог защитит Своих.

Мы услышали, что яростный гонитель принял крещение. Потом пошли разговоры, что

Савл проповедует Иисуса Христа в Дамасских синагогах. Был еще слух, что фарисей Савл

направился в Аравию. Зачем, никто не знал.

Людям свойственно питать надежды на раскаяние своих врагов, а Савл из Тарса

воистину был враг.

Все эти рассказы о преображении Савла вызывали у меня сильные сомнения. Я

надеялся, что никогда больше не увижу его лица.

— Савл в Иерусалиме! — сообщил мне Иосия, левит родом с Кипра. Иосию мы

прозвали Варнавой — «сыном утешения» — потому что он беспрестанно утешал, ободрял и

увещевал в вере всех, даже тех. кто постоянно ныл по поводу обстоятельств.

— Он хочет с нами поговорить.

Ох уж этот Варнава, он всегда слишком хорошо думает о людях. Даже о таких, как Савл

из Тарса! Помню, тогда я в первый раз на него разозлился. Я не забыл ни ночи, когда фарисеи

ворвались в мой дом, ни боли, мучившей меня на протяжении нескольких недель, пока

срастались переломанные ребра:

— Я ему не верю!

— Фарисеи отвратились от него, Сила. Он скрывается. Ты знаешь, что священники

отправились в Дамаск на его поиски, и когда они обнаружили его, — он проповедовал в

синагоге, что Иисус есть Христос? Они стали возражать, но он приводил доказательства из

Писания. Никому не под силу тягаться с ним в знании Закона и Пророков!

Я заупрямился еще больше:

— Лучший способ найти и уничтожить нас всех — это притвориться одним из нас, Иосия.

Варнава изучал мое лицо глазами, которые слишком походили на глаза Иисуса.

— Ты все еще злишься на него за то, как он с тобой обошелся?

Слова его глубоко задели меня, и, стиснув зубы, я отвечал: — У меня нет права осуждать другого. Как нет его ни у кого из нас. — «А теперь — получи!| — подумал я про себя. — Но мы должны уметь различать. Должны увидеть, какой

плод приносит дерево.

Но Варнаву нелегко было провести.

— А как увидеть, если не посмотришь?

— Ты его видел.

33

— Да. Видел. Он мне понравился.

— Тебе все нравятся. Встреть ты царя Ирода — и он бы тебе понравился.

— Ты боишься Савла.

— Да, я боюсь этого человека. Всякий, кто в своем уме, боялся бы!

— Уверяю тебя, Сила, я — в своем уме, и нам необходимо встретиться с Савлом. Он — верующий. Таких ревностных еще поискать.

— Ну да, ревностный. Видел я, какой он ревностный. Ты сам-то был в Дамаске?

— Нет.

— Я не склонен так быстро, как ты, принимать на веру слова неизвестных мне людей.

Что если все это — изощренный заговор, чтобы выследить и погубить Петра и всех

остальных?

— Иисус говорил, что не стоит бояться смерти, Сила. Совершенная любовь изгоняет

всякий страх.

Эти мягкие слова, сказанные мягким тоном — как ножом полоснули мне по сердцу.

— Ну, что ж, мы с тобой прекрасно знаем, что моя любовь далека от совершенства, верно?

Взгляд его был полон сострадания.

— Что кроется за твоими подозрениями, Сила? Страх или гнев?

Он спросил прямо, и я признался:

— И то, и другое.

— Тогда молись за него. Невозможно ненавидеть человека, когда о нем молишься.

— Это смотря какими молитвами.

Он расхохотался и хлопнул меня по спине.

Собрался Совет. Варнава рьяно защищал Савла. Слова его бросили вызов нашей вере в

Бога. Мы не должны бояться людей — только Бога. А Бог Савла уже принял. Доказательство

тому — как он изменился, как сильно он проповедует: и то, и другое — свидетельство

действия Святого Духа.

И, конечно же, Варнава не прошел мимо меня!

— А ты как думаешь, Сила? Стоит ему доверять?

Еще одно испытание веры. Я хотел было сказать, что мое мнение будет слишком