— Сумочка твоя на заднем сидении так и валяется, можешь позвонить «другу», — последнее слово было сказано с совершенно непередаваемой интонацией.

Я дотянулась до вещей, вытащила мобильный, порадовалась, что он не разрядился и начала просматривать список пропущенных… Твою ж мать! Пять звонков от Заи! Умеет человек появляться в самый неожиданный момент! Сердце затрепетало в надежде, и я опасливо покосилась на мужчину за рулем: интересно, как он отреагирует, если я сейчас позвоню Славику?..

Звонок Зае я отложила до момента, когда останусь одна, остальным отправила сообщения. Ничего лучшего, чем соврать о том, что в город приехали дальние родственники, с которыми я проведу несколько дней, в голову не пришло, так что воспользовалась тем, что было. Олег пытался привлечь мое внимание, но не тут-то было: оно уже было привлечено звонками другого мужчины. Это вывело Олега из себя, и дальше он меня игнорировал, а в доме сразу же сдал той самой домработнице.

Марина Львовна вела себя с бОльшим достоинством, чем многие доценты в нашем универе, а внешне больше походила на госпожу, чем на прислугу. Если вернуться к собакам и их породам, на фоне меня она выглядела, как благородная, ухоженная афганская борзая на фоне мелкой облезлой дворняжки.

Одно порадовало меня безусловно: здесь у меня была отдельная спальня. И я совсем не чувствовала себя одиноко. Разве только немного неуютно на новом месте. И немного страшно. И совсем чуть-чуть грустно. Звонок Славику меня бы утешил, но телефон не нашел ничего лучшего, чем умереть именно в этот момент, а рыскать по дому в поисках зарядки я не рискнула… Черт! Он даже не спросил, как я себя чувствую!.. Это я сейчас не о Зае.

Дизайн строения (той его части, которую я успела рассмотреть) показался мне несколько неожиданным, но гораздо больше подходил Олегу, чем квартира. Снаружи дом выглядел типично немецким, порывшись в памяти, я даже отрыла слово «фахверк», именно так это называется, если я не ошиблась. То есть белая штукатурка и темные деревянные балки снаружи. Изнутри — та же белая штукатурка и множество темных деревянных деталей: лестницы, перила, паркет, громоздкая мебель. Непривычно, но мне понравилось.

Жаль, хозяин очень странный. Но самое страшное — не это. Страшно то, что он действует на меня, как дудочка на крысу. Иначе, почему меня не пришлось даже уговаривать ехать сюда? Ладно, когда он привез меня в свою квартиру, я была не в том состоянии, чтобы противиться: боль, лекарства, шок — все это не могло не отразиться на моем умении мыслить логически. Но сегодня я должна быть почти адекватна, так почему я пошла за ним, как теленок на веревочке, как баран за стадом. И куда делись ненависть и страх? Пусть интуиция меня никогда не подводила (кстати, тогда у клуба именно она подсказывала не связываться с подозрительным мужиком), пусть сегодня она молчит, пребывая в блаженном покое, но надо и мозг включать, не только на подсознание ориентироваться!

А может ответ всего-навсего в моем болезненном любопытстве? Обычно люди, с которыми я встречаюсь, мне понятны. Пусть я ошибаюсь, пусть делаю совсем неверные выводы, но у меня складывается определенное мнение о человеке. Об Олеге за все время нашего знакомства у меня так и не сложилось мнения, даже ошибочного. Это напрягает и притягивает. Я не могу уйти, не разгадав тайны.

Сначала все было так хорошо, так просто: он — сволочь, подлец, трус, с явным комплексом неполноценности, потому что полноценному мужику не нужно заставлять женщину заниматься с ним сексом силой. Потом тоже все было почти хорошо: он сволочь и подлец, только с трусостью и комплексом я ошиблась. Олег просто уверен в себе процентов на двести и считает все, что делает правильным. Это было понятно и нормально. Люди бывают разные: плохие и хорошие, и если я все время встречалась с хорошими, пора познакомиться и с плохими. А что дальше? Зачем он стал обо мне заботиться? Зачем приволок к себе домой? Боится, что я его сдам? Ничего он не боится! И не боялся изначально. Теперь и подавно я в его руках — оружие принесла я и не удивлюсь, если он уже знает, откуда я его взяла.

В общем, запуталась я по самое не могу. Скорее бы прошли оставшиеся три дня, и я уехала подальше от Олега и от его тайн. Господи! Неужели через три дня я уеду от Олега, так и не разгадав его тайн?! Дура я и есть, все больше в этом убеждаюсь: между безопасностью и эфемерными тайнами почти готова выбрать эфемерные тайны.

За завтраком Олег продолжал меня упорно игнорировать. Я даже рискнула спросить, не обидела ли его чем-нибудь, на что он «очень вежливо» ответил: «Много чести!» и отбыл на работу. Я не обиделась, скорее, была озадачена его грубостью. У него явно какое-то проблемы, и вполне возможно я могу помочь. А что? Кто не мечтал помочь прекрасному принцу? Даже если он не прекрасный, а ужасный, главное — чтобы принц.

Ха! Была у меня одна такая помощница знакомая! Только она своего «принца» не иначе, как «чудовищем» величала. Подруга одна мамина познакомилась случайно с очень богатым мужиком, возможно, тогда он был самым богатым в нашем городе. Не Бил Гейтс, конечно, городок у нас так себе, захолустье захолустное. Однако, все у того было: и власть, и уважение, и деньги. А главное: были проблемы. «Чудовище» совсем недавно пережило предательство любимой женщины и очень переживало по этому поводу. Тетя Лариса быстренько вернула его к жизни, и у нее так же быстренько тоже все появилось: наряды, вечеринки, поездки, салоны. Потом дети родились, тоже как сыр в масле катались, вот уж с кем совершенно невозможно общаться было — только и повторяли: «Мой папа то, мой папа се». А еще несколько лет спустя у Чудовища все сразу рухнуло. Сначала он заболел, потом кризис на страну обрушился. Он, как и многие другие, к тому времени кредитов имел на неимоверные (по моим меркам) суммы. Не только в банках, но и у всяческих дельцов. В конце истории все имущество было продано, долги выплачены. Переехали к Ларисиной матери, которая имела домик в горах в отдаленном селе, к которому и дороги нормальной не было. Лариса думала: «Отдохнет мое чудовище, соберется с силами и заново все поднимет». Только тому видно все настолько осточертело, что он взял ружье и пошел охотится. Так и ходит уже восемь лет. Домой забредает грязный, обросший, теперь уже — настоящее чудовище, добычу скидывает и снова в горы. Лариса за копейки на местной почте работает, дети — лучше и не вспоминать. Почему не разводится? Как не разводится? Развелась давно уже, только Чудовищу без разницы, когда не сможет больше на охоту ходить, к ней вернется, больше — некуда. Итак, итог истории: Лариса всю жизнь провела с человеком, которого не только не любила, терпела с трудом из-за его денег. И осталась без денег и без всего остального.