Какая-то мысль пыталась зародиться в пострадавшей голове, но никак не оформлялась. Что-то тревожно скреблось, царапалось и пыталось пробиться сквозь стены. К тому же, у меня не было времени и возможности додумать ее до конца. Пока я отыскала номер телефона школы, пока дозвонилась и выяснила, что это — всего лишь пост охраны, пока раздобыла номер директора, было уже совсем поздно, но трудяга — Валентина Ивановна все еще несла свою вахту. Сообщила она не о повышении оплаты, на что я втайне надеялась, а о том, что брата хотел навестить дядя, явившийся ненадолго из-за границы. Хорошо, что я сразу предупредила, что мы не имеем никаких родственников, и посещения возможны только по моему личному разрешению.

Еще раз напомнив, чтобы к Деньке никого не допускали, я отключила телефон и задумалась. Беспокойная мысль не оставляла меня, продолжая играть в прятки. Все попытки ухватится за ее наглых хвостик, то и дело мелькающий в воображении, не давали результата. Еще и голова разболелась от бесплодности попыток.

— А давай-ка я тебя накормлю, — услышала я голос Олега. Погруженная в размышления, я не заметила, что он уже проснулся и внимательно за мной наблюдает.

— Давай, — покорно согласилась я. Пусть хомячить среди ночи и не входит в мои привычки, но после продолжительного вынужденного голодания, идея пришлась очень кстати.

К моему недовольству, все, чем меня решили порадовать сегодня, был куриный суп (не скажу, чтобы он относился к списку любимых блюд, впрочем, это я уже привередничаю) и зеленый чай без сахара. Кто посадил меня на жесткую диету, я так и не поняла, но возмущаться не стала — мало ли, как отреагирует хозяин, выгонит еще, а мне это вовсе ни к чему.

— Слушай, а ты откуда взялся? — осенили меня вдруг. Раньше появление Олега воспринималось чуть ли не как естественное событие. — И как я оказалась здесь? Сюда же ехать от Города почти сутки!

— Пошли соблюдать постельный режим, и я все тебе расскажу в качестве колыбельной, — меня в очередной раз доставили до кровати и опять завернули в одеяло. — Я, наверное, с силу собственного эгоцентризма, в свое время был свято уверен, что ты тогда сбежала от меня. Не стал искать, решил, что раз уж тебе настолько неприятно мое общество, то этого делать просто нет смысла. Единственное, время от времени смотрел в соцсетях переписку твоих однокурсников, вернее, попросил моего системщика просматривать, не появится ли какая-нибудь информация о тебе. Недавно она появилась, и я решил, что тебе может понадобится помощь.

— Что же там было написано, что ты пришел к подобным выводам?

— Где тебя видели, и что выглядишь ты не лучшим образом… В общем, послал я людей, чтобы посмотрели на тебя со стороны и проверили. Они немножко опоздали, поэтому перетрусили и вместо больницы сразу повезли тебя сюда… Идиоты, что с них возьмешь. Кстати, говорят, ты все время твердила о какой-то флэшке.

— Стой! Я вспомнила! Это же не за деньгами приходили!.. Подожди-ка, а сам ты отношения к этому точно не имеешь? — с душу закрались самые неприятные подозрения. Пусть Олег и не мог быть причастен к моей истории никоим образом, но… паранойя не дремлет.

— Если буду знать, что ты имеешь в виду под многозначным словом «это» — признаюсь честно. Рассказывай, куда ты умудрилась вляпаться.

Я постаралась изложить все, как можно быстрее, но, не пропуская важных деталей, предположила, что обе части истории (связанная с флэшкой и связанная с деньгами) могут иметь общее происхождение и в конце спросила прямо еще раз, не замешан ли Олег во всем этом. Он даже отвечать не стал на последний вопрос, только отмахнулся, как от полной глупости, впрочем, я сама мало в это верила, слишком много нестыковок здесь было.

— Мы не можем сидеть в засаде и дожидаться, когда они ударят снова! — решительно сообщил Олег. — Но, чтобы опередить их, надо, как минимум, знать, кто «они». Для этого нужна флэшка, как ни крути. Можно, конечно пойти в обход, — добавил он, увидев, что в моих глазах вновь вспыхнуло подозрение, — но это займет намного больше времени.

— Нет у меня флэшки. Была бы — отдала бы сразу, только чтобы меня оставили в покое. Не знаю, что там, но если папа решил, что может рисковать жизнью ради этого, я не согласна с ним совершенно. Не намерена рисковать ни собой, ни, тем более, братом.

— Правильно. И все-таки, почему ее ищут именно у тебя?

— Понятия не имею. Я все перерыла, проверила всю квартиру родителей и бабушки — ничего. Нашла несколько со всякой ерундой, я тщательно открыла все папки, но ничего в них не было. Есть еще моя личная, на там только материалы по учебе и фотографии, вряд ли они могли кого-то сильно заинтересовать.

— Поскольку больше ничего у нас нет, начнем с нее, — предложил мужчина. — Она была в сумке?

— Не помню точно, там дырка в подкладке в кармане, возможно, она и валяется где-то в глубине. Давно ее не видела.