Вот вам и очередная ситуация, в которой, как я ни зарекалась, просто тянет задать вопрос: «Почему я?». Нет, серьезно, сколько можно на одну мою несчастную голову? Надо же как-то равномерно распределять и счастье, и несчастье, чтобы все по справедливости… Да… похоже, в детство впадаю, уже о справедливости задумываться начала. Давно пора понять, что справедливость если и существует, то не для меня.

Сергеич мне так и заявил в ответ на мое предложение обратиться в полицию. «Правосудие», — говорит — «существует только для тех, кто на него имеет право». А такие, как я имеют право только на то, чтобы сидеть и не высовываться. Иногда еще можно улыбаться и кланяться таким, как тот, кто обвинил меня в краже.

Сейф я, конечно, видела, вот только на нем нет даже моих отпечатков пальцев, в этом я совершенно уверена — мне в голову пришло, что если я к нему притронусь, может сигнализация сработать, мало ли, как у них все это работает. Намучалась я с этой потайной дверцей, которую необходимо было сделать как можно более незаметной. И девчонкам жаловалась на нее… А что если это кто-то из них?! Они и о моем счете в банке знали, только не знали в каком, и о сумме. Так уж сложилось, что мы совсем недавно обсуждали этот вопрос, но тогда я говорила о сто девяносто двух. Округлили в большую сторону, или кто-то неизвестный гораздо лучше осведомлен о состоянии моего счета, чем я думаю?

Полная решимости разгадать ребус и выкарабкаться из очередной ямы, я спустилась в метро. Всего двадцать минут в тесных объятиях сограждан, которых в этот момент я люблю особенно страстно — и я в банке, в свое время со стопроцентной гарантией обещавшей хранить не только мои сбережения, но и информацию о них. Получив выписку, я убеждаюсь, что сейчас на моем счете пресловутые двести тысяч (не обращать же внимания на сто шестнадцать рублей довеска). Начнем с простого? И я направилась к ближайшему оператору с просьбой снять деньги и закрыть счет. Как вы думаете, что из этого вышло? Ровным счетом — ничего! Мне сказали, что сумма слишком велика, и получить ее я смогу только через два дня. Именно те два дня, которые мне дал Сергеич. Прямо совпадение на совпадении и все, как одно, совершенно случайные. Как и то, что девушка чуть ли не насильно пыталась вынудить меня написать заявку на получение. Вселенский сговор из-за подобной мелочи? Или очередное обострение паранойи?

Что бы то ни было, заявку писать я не стала и поспешила прочь из банка, пока не подключили к уговорам кого-нибудь посерьезнее, чем хрупкая девушка-оператор.

Следующим шагом был визит к нотариусу. Там я провела несколько часов. Сначала с помощницей составили завещание, в котором указывалось, что после моей смерти или исчезновения каждый месяц будет перечисляться оплата за обучение в его школе. До выпуска не хватит, но это — единственное, что я могу сделать. О том, что директор не отдаст Деньку на растерзание заботливым органам опеки, и он не попадет в детдом как можно дольше, я предусмотрительно договорилась сразу. Потом я долго ждала в очереди, чтобы мое завещание было заверено самим нотариусом. Все это вылилось мне в приличную сумму, и я еще раз пожалела о том, что честно заработала, но так и не получила. Вернее, получила, но не зарплату, а новую порцию проблем.

О Гене и заморочках со сплетнями я и думать забыла, пока в голову не взбрела очередная бредовая идея, что все это может быть связано. До чего докатилась! Обвиняю ни в чем неповинных людей во всех своих бедах! И начала, между прочим, с тех, кого совсем недавно считала, пусть и не близкими, но подругами. Наверное, лучше и не пытаться разобраться — все равно, ничего хорошего из этого не выходит, а вот опуститься в собственных глазах так, что ниже некуда, могу запросто.

Вернулась домой, на всякий случай, собрала вещи и легла спать. Какая любимая цитата большинства женщин? «Я подумаю об этом завтра»? Буду следовать косвенному совету классика американской литературы. Тем более, что я, как ни старалась, не смогла определиться, что делать дальше: бежать или сдаться и ждать, пока настигнет незаслуженная кара. Отдавать деньги я не стану, какими бы убедительными ни были аргументы, а для того, чтобы попытаться бороться мне недостает наивности — знаю, что проиграю в любом случае, причем с максимальными потерями для себя. Бежать уже нет ни сил, ни желания. Грустно, но, кажется, я готова сдаться на милость обстоятельствам в надежде хотя бы прикрыть собою брата.

За следующий день я прекрасно выспалась, и никакие тревоги мне в этом не помешали. Хорошо, что телефон выключила с вечера, иначе мне не дал бы расслабиться кто-то очень настойчивый с неопределившимся номером. Потом я приняла душ, тщательно вымыла, а позже и уложила волосы и, впервые за очень долгое время принялась за маникюр и педикюр. Как говорила одна моя знакомая: «Попадешь в реанимацию, а у тебя ноги небритые или лак отсутствует на ногтях — умрешь сразу от позора». А в моем случае: попадешь с неухоженными ногами и руками на тот свет, могут и в рай не впустить. Кто сказал, что у них там дрэсскод отсутствует?

Телефон зазвонил, но я не собиралась отвечать — приличные люди свои номера не скрывают. Впрочем, после третьей серии сигналов, плюнула и вызов приняла, решив, что неприличными людьми меня сейчас не испугаешь.

Приятный баритон вежливо поинтересовался, когда же я верну деньги, на что я ответила народным посылом в очень популярном направлении. Баритон вежливости не растерял, но пообещал мне наказание для непослушных девочек. Господи! Сколько можно?! Извращенцы не только в сети, но и в реальной жизни на каждом шагу. Пришлось посылать снова и отключать телефон. Какой мне смысл оставаться на связи, если хорошие новости не грозят ни с какой стороны?

Я сходила в магазин, накупила разных внеплановых вкусностей и устроила нам с тетей Тасей пир не по расписанию. А на завтра пообещала сама себе большую прогулку по Городу: живу рядом с такой красотой и ее не вижу. Полюбуюсь хотя бы перед смертью. Смешно умереть за двести тысяч, правда? Еще смешнее, что их с таким рвением пытается у меня отнять человек, для которого эта сумма вообще ничего не значит.

Город встретил меня свинцовым небом и черными водами рек, впрочем, в этом не было ничего необычного, самая распространенная погода здесь — плохая, переходящая в отвратительную. Скоро реки начнут покрываться слоем льда, а я этого уже не увижу… А может, зря я так впечатлилась? Может, попугают, поймут, что ничего от меня не получат, и отстанут? Ну, поколотят для острастки, ну, полежу в больничке пару месяцев, бесплатную медицину никто еще не отменял. Пусть она и не особенно эффективна, но тем, у кого организм сильный и болезнь не очень страшная, помогает. А я — девушка закаленная, жаль только, сегодня ночью снова замерзла и подцепила очередную ангину. Завтра-послезавтра она перерастет в мучительный бронхит… Если доживу, конечно.