Вернувшись через четверть часа, произнес:

– Милорд ожидает Вас. Прошу следовать за мной.

Отдав дворецкому пальто, перчатки и головной убор, последовал за дворецким.

Проводив меня до гостиной, он с поклоном открыл передо мной дверь. Интерьер здесь, так же как и весь дом Бэдфорда, был отделан в стиле "Ампир". Мебель имела много общих черт с римскими образцами и изготавливалась из красного дерева, которые имели накладки из бронзы или позолоты. У кресел и дивана были довольно низкие сидения и они имели изогнутую форму. Они имели выраженные плавные изгибы. Ножки мебели представляли собой лапы грифонов. Завершали образ многорожковые светильники, скрещенные мечи, щиты и шлемы, висящие на стенах. Бронзовые светильники на столе и люстра прекрасно гармонировали с интерьером. Окна были прямоугольные и удлиненные.

"Слишком много пафоса", - подумал я.

– Торнтон, - поднялся мне навстречу граф.

– А ты зря времени не теряешь, - ответил я, окидывая взглядом комнату.

– Веяние моды, - пожал плечами граф.

– Неужели?
– деланно удивился я.
– Насколько я знаю, сейчас в моде чопорный английский стиль.

Аристократ покраснел.

– Я наполовину француз, - отмахнулся он.
– Мы любим некоторую торжественность в интерьере. Дерзну предположить, что Вы пришли ко мне не для того, чтобы обсудить убранство моего дома.

– Вы правы, - вспомнив цель своего визита, вновь начал злиться я.

– Так что Вас привело ко мне в столь поздний час, - поинтересовался аристократ вытянув ноги.

– Я только что из "Ньюморта". И встретил там графа Чертена.

– Да?
– вскинул брови Бэдфорд.
– Его еще не лишили членства?

– Он поинтересовался у меня, как продвигаются мои отношения с маркизой.

– Бренди хотите?
– спросил граф.

– Вы не ответили, - заметил я.

– А что такого предосудительного я сделал?
– поинтересовался лорд.
– Это обычное дело. Все пари членов клуба заносятся в этот журнал. Не мне Вам об этом говорить. Не она первая, не она последняя. Или вас смущает то, что фактически она является Вашей невестой?

Я молчал.

– Или...только не говорите мне, что Вы начали испытывать к ней чувства?
– рассмеялся он.

– Не говорите чепухи, - отвернувшись от друга, ответил я.
– Да, она начала мне нравится, но это ничего не меняет.

– А скажите-ка мне, мой друг, - вкрадчиво поинтересовался аристократ, - чего Вы боитесь больше: того, что она узнает о нашем соглашении, или того, что маркиза украдет Ваше холодное сердце?

– Я уже говорил Вам, что это невозможно!
– ответил я, разглядывая, как пылает огонь в камине, - Мне нравятся многие леди в обществе, но это же не значит, что я люблю их!

– Вы уже говорили мне об этом, - засмеялся Бэдфорд.
– И Вы не ответили на вопрос!

Англия, Лондон. XIX век. Особняк маркиза Дерби.

Дневник Елены Соколовой.

Бесцельно шатаясь по особняку маркиза Дерби, я вспоминала недавний разговор.

"Пусть портрет пока останется здесь. И свяжись со мной, когда будет что-то известно насчет "Тайны двойников", - отдавала я последние распоряжения Леше.

– Будет выполнено, командир, - шутливо отдал мне честь он.

Я фыркнула. Да уж, командир...Нашел Александр Васильевич, кого ставить во главе "бригады". Александр Васильевич... кто же ты такой на самом деле? Если Вы действительно пропавший герцог, то, как оказались в далеком 21 веке? Вопросы, одни вопросы... Эх, знать бы еще на них ответы. Мои мысли начали перетекать в другое русло. Как мне спасти тебя, Торнтон, если я даже не понимаю, откуда исходит эта опасность? Вздохнув, пробежала глазами копию документов, которые не выпускала из рук с момента приезда. "Женщины герцога Торнтона", - гласило название. Хроники вызывали у меня неоднозначные чувства. С одной стороны, я сама затребовала у Лашина этот список, но с другой ... чувствовала сильнейшее раздражение и ничего не могла с собой поделать. Как не прискорбно признавать (прискорбно для меня!), этот невозможный мужчина зацепил меня, причем конкретно. И я, Елена Соколова, всегда с точностью выполнявшая поставленную задачу, сейчас чувствовала смятение. И что делать? Бороться, - подсказал мне внутренний голос.- Бороться с неуместными чувствами к этому мужчине. Иначе...я подведу команду, да и сама могу оказаться под трибуналом за нарушение присяги. Вспомнив, как ребят из ФСБ и нас, врачей, сразу после сдачи последнего зачета Ларин собрал в зале иллюзий и, пригрозив карой небесной в случае нарушения правил, заставил принести присягу, как военнообязанных. И вспомнив шоколадные глаза Дэмиэна, призналась себе, что это будет довольно трудно.

– Мисс, - услышала я знакомый переливчатый голосок.

Обернувшись, увидела знакомую кудрявую головку.

– Да, Софи, - вздохнула я.

– Пора собираться, мадемуазель.

– Куда?

– На прием, мисс. Ваша маменька велела помочь Вам собраться.

– Тогда давай не будем расстраивать маркизу.

Англия, пригород Лондона. XIX век.

Дневник Максима Коршунова.

– Ты уверена, что нет другого пути?
– повернувшись, поинтересовался у коллеги.

На меня обиженно смотрели бирюзовые глаза девушки.

– Макс, я ночью глаз не сомкнула. Все думала, думала. Так что у нас только два пути. Или..
– задумчиво протянула Виноградова, - можешь попытаться проникнуть в его дом, но...

– Нет уж, давай остановимся на первом варианте. Мне еще дорога моя голова, - торопливо ответил я.

Отвернувшись от напарницы, начал разглядывать аккуратно постриженный газон из кустов, вдоль которого мы гуляли.

– Что от меня требуется?
– помолчав, поинтересовался я.

– Помочь мне "уломать" на эту авантюру Лашина, - произнесла девушка.

– Если он провалится, - протянул я, - даже опасаюсь предположить, что с нами сделает Ларин.

– Будем надеяться на лучшее, - усмехнулась коллега.

Англия, пригород Лондона. XIX век.

Дневник Алексея Лашина.

Наскоро позавтракав в столовой и поблагодарив служанку, я, одев бежевые панталоны с синий фраком, поверх которого накинул спенсер, собрался было уже уходить, как в гостинной появились мои напарники.

– Салют, - кивнул я ребятам.
– Что-то случилось?