Она села рядом со Стасом.

– Посмотри пока телевизор, только без звука, я скоро закончу, - не отрываясь от экрана, сказал он.

Ася нашла пульт, включила телевизор, стоящий в углу, убрала звук и стала пить холодный кофе и щелкать клавишами переключения каналов. Стас действительно быстро освободился, выключил ноутбук, и притянул Асю к себе. Она не сопротивлялась, Стас уже не был ей неприятен.

– Какой у тебя аквариум огромный, - лежа на его груди говорила она потом.

– Это не просто аквариум, это философия! – лениво проговорил Стас.

– Как это?

– Пошли, - Стас поднялся, - все равно вставать пора.

Ася накинула халатик и прошла за ним в комнату с аквариумом.

– Это, Ася, наша жизнь… - сказал Стас, показывая на аквариум, - есть люди, как эти рыбки, все на них заворожено смотрят, любуются. А есть, - он постучал пальцем по аквариуму, и некоторые рыбки устремились к нему, - есть аквариумное стекло. Вроде как все на него смотрят, но никто не видит. И хуже нет ничего, когда стекло это грязное, когда такой человек выпендривается, смердит от него. Эти-то и должны быть прозрачной серостью, а вот рыбка должна быть золотой, или с переливами цветными, или, если уж природа красоты не дала, тогда акулой. А иначе, если серость и вдруг в аквариуме, червяк ты, корм рыбий.

– А я кто? – тихо спросила Ася, глядя на него сквозь воду.

– Золотая рыбка для сопровождения акулы…

– Акула, это ты?

– Вроде того!

***

Лешка больше не звонил Асе, и на ее звонки не отвечал. Сначала она страшно обиделась на него, а потом увлеклась новыми и необычными отношениями со Стасом. Они всегда встречались только в его квартире, как позже поняла Ася, жил он с женой и детьми в другом месте. Встречи их были частыми, раза три-четыре за неделю, но всегда только по будням. Стас заказывал ужины, иногда они смотрели вместе фильмы, которые выбирал тоже он. Он никогда не рассказывал ей о своей работе, семье, интересах. Да она и не спрашивала. Они встречались с девяти-десяти до одиннадцати-двенадцати, и очень редко она оставалась у него до утра. У каждого хватало времени на другую жизнь.

Сначала Ася была довольна их отношениями, но одна идея не давала ей покоя – хотелось замуж за такого человека как Стас. Пусть даже он заведет себе любовницу, но это все же лучше, чем ее шаткое, зависимое положение – ведь Стас мог перестать в любой момент обеспечивать ее. Но однажды Ася поняла, что на самом деле не хочет за него замуж, и даже видеть его больше не хочет. Она почувствовала себя на чудом месте и испугалась, что ее место тоже займет кто-то другой.

– Почему вы все женаты, и все встречаетесь с любовницами? – спросила она о время их последней встречи.

– А это уже не твоего ума дело, - бросил ей Стас, допивая свой кофе.

Это был его неизменный ритуал – прежде чем отвезти ее домой, он обязательно выпивал чашку кофе и выкуривал сигарету.

– Да и потом, - сделав последний глоток, продолжил он. – Зачем тебе замуж? Ты рыбка золотая! Поплаваешь, поблестишь. Ты такая еще долго будешь, а потом – растворишься. Как тебя и не было. Но ты не грусти, каждого свое предназначение. Так что замуж тебе ни к чему. Жене надо думать, умнеть, мудреть, стареть, рожать наконец. А роды, я тебе скажу, ужасно портят не только женскую фигуру…

– Я вообще-то замужем… - вспомнила Ас, - И сын у меня есть.

– Ужас какой – буркнул Стас, застегивая рубашку.

– Тебе вообще никогда никого не бывает жалко? – спросил Ася, жалея в этот момент себя и сына, и даже Колю.

– Людей мне не жалко, - невозмутимо ответил Стас, и пояснил, заметив вопросительный взгляд Аси, - Ну вот ты сегодня кушать рыбку изволила. Ты же ее не жалела? А тоже живое существо, между прочим, двигалось и кушало до этого. Или ты когда икру поглощаешь, ты же не думаешь о том, что одним жевком уничтожаешь массу рыбьих зародышей?

Ася не понимала почему человеческие жизни Стас упрямо сравнивает с рыбьими.

– Но люди-то не рыбы, - попыталась возразить она.

– Человеческая биомасса. Говорящий поросенок, вот кто человек, а не какой не венец творения. Да и какого творения? Чьего? – усмехнулся Стас, - Ошибка природы, так вернее.

– Не все же – ошибка…

– Интеллект – вот признак человека. Причем сегодня мало иметь такой разум, который додумается изобрести колесо, сегодня нужно быть человеком с очень высоким уровнем интеллекта, постоянно совершенствоваться, чтобы иметь право носить звание человека разумного.

– Знаешь, что? Тебе, конечно, не интересно, что я думаю…

– Да нет, почему же, это даже может быть забавно, - перебил ее Стас.

– А я думаю, что такие как ты и взрывают бомбы на стадионах. – Ася сама испугалась своих слов.

– Я понимаю террористов лишь отчасти, - покачал головой Стас, - Я считаю, что не рационально убивать всех подряд.

– А кого убивать рационально, по-твоему?

– На бомжей, алкашей, и всякую им подобную шваль и сил тратить не надо. Их как крыс потравить – и все. Остальным я бы давал работу и испытательный срок. Если серость не способна работать на пользу нормальным людям – отстреливать ее и все. Серость оправдывает свое существование только способностью обслуживать. А на остальных не стоит тратить природные ресурсы и обслуживающую способность человеческих существ.