На левом фланге армии Балаховича наступали отряды «Зеленого дуба», на правом фланге атаман Искра выдвигался на Овруч–Чернобыль. Неожиданность наступления Балаховича и вспыхнувшее против большевиков в Белоруссии Слуцкое восстание[65] обеспечили недельный успех для наступающей НДА. В то же время между слуцкими повстанцами и людьми Балаховича сложились напряженные отношения, обе стороны рассматривали друг друга как врагов.

10 ноября 1920 года, разбив 10-ю дивизию красных, Балахович неожиданным ударом захватил городки Мозырь и Калинковичи. Во время Мозырьской операции балаховцы взяли в плен около 800 бойцов Красной армии. Из 500 красноармейцев, изъявивших желание сражаться под руководством Балаховича, был сформировав Мозырьский полк НДА.

В Том же ноябре 1920-го Булах-Балахович объявил свою политическую программу, целью которой являлось образование независимой Белорусской республики, которая должна была включить полосу от Речицы до Мозыря и от Гродно до Смоленска. Еще 7 ноября в Турове Балахович торжественно передал власть на занятых территориях Белорусскому политическому комитету. Когда бацька 12 ноября прибыл в Мозырь, члены БПК устроили ему пышную торжественную встречу с красно-белыми национальными белорусскими флагами, провозгласив захват НДА Мозыря «началом государственного строительства Белоруси», а сам БПК — «высшим государственным органом республики». Мозырь был объявлен столицей Белорусской Народной Республики.

После захвата Мозыря армия Булах-Балаховича изменила направление главного удара. Вместо маршрута Бобруйск– Минск она двинулась в направлении Речицы и Гомеля. Известие о поражении в Крыме барона Врангеля, пришедшее в Белоруссию уже 13 ноября, серьезно надломило боевой дух повстанцев.

Члены БПК предложили Балаховичу стать по примеру Пилсудского «начальником белорусского государства», передали в его подчинение вооруженные отряды «Зеленого дуба». В Мозыре бацька объявил о роспуске правительства Белорусской Народной Республики (БНР) Вацлава Ластовского в Каунасе (литовской ориентации), правительства Антона Луцкевича в Варшаве и советского правительства БССР Александра Червякова в Минске. Балахович назвал себя главнокомандующим всех белорусских вооруженных сил и назначил премьер-министром новой Белоруссии Павла Алексюка. Следующим шагом должны были стать формирование гражданской администрации, разработка конституции Белоруссии, конфискация крупной помещичьей собственности и передача земли крестьянам, подписание союза с Польшей и Антантой.

14 ноября 1920 года Балахович издал приказ о создании Белорусской народной армии (БНА). 14–17 ноября он формировал свою ставку в Мозыре, здесь же находился офицер для связи от польского штаба, заседали члены нового Белорусского правительства под руководством Адамовича. НДА была объявлена только частью БНА, и поэтому бацька передал командование ею своему брату, генералу Юзефу Булах-Балаховичу. 16 ноября между Балаховичем, Савинковым и лидерами БПК был подписан договор, по которому форма интеграции между Россией и Белоруссией в будущем должна была быть определена «соглашением между Учредительными собраниями русским и белорусским или правительствами, этими собраниями установленными».

Савинков писал: «Балаховцы были люди отчаянные, храбрые до предела, лихие и предприимчивые. Если бы это были при всем том честные люди, не грабившие евреев и не устраивающие погромов, балаховская дивизия была бы образцовым партизанским отрядом». Нужно отметить, что Балахович стремился не отбирать у местных крестьян продукты, лошадей, а менять их на имущество, отобранное у евреев или реквизированное на государственных и военных складах.

Безусловно, в отрядах Балаховича были сильны антисемитские настроения, что часто приводило к погромам в белорусских местечках. Борис Савинков отмечал, что балаховцы «в христианском доме ничего пальцем не тронут, крестьянину в деревне денег дадут, а еврея ограбят». При подходе к местечкам НДА еврейское население дрожало от страха, а белорусские крестьяне из окрестных сел съезжались в местечки, чтобы принять участие в погроме. В то же время Балахович стремился минимизировать погромы, издавая «противопогромные» приказы. При подготовке операции в Полесье он представлял себя борцом за свободу и независимость белорусского народа, противником пролития невинной крови и погромов, подчеркивал свое расположение к еврейскому населению. Бацько издавал воззвания, призывавшие евреев помочь в борьбе с большевизмом и гарантировавшие им равноправие в будущем независимом белорусском государстве. Во время захвата Мозыря еврейский отряд прапорщика Цейтлина в 80 человек должен был войти в город и охранять еврейские лавки, но он запоздал, чем развязал руки погромщикам.

«Долой комиссаров, смерть евреям!» — этот лозунг был на слуху в среде балаховцев. «Крестьянский генерал» использовал антисемитизм польских и белогвардейских офицеров, бытовой антисемитизм крестьян черты оседлости. В конце 1920-го польский военный прокурор полковник Лисовский, расследовавший жалобы на действия балаховцев, составил информацию на НДА: «Армия Балаховича представляет собой банду разбойников, которая переправляет награбленное золото. Чтобы занять какой-нибудь город, посылается армия, солдаты которой грабят и убивают. И лишь только после многочисленных погромов, два дня спустя, приезжает Балахович со своим штабом. После грабежа начинается пьянка. Некоторые солдаты откровенно признаются, что вступили в армию только с целью скопить деньги. Что касается Балаховича, он позволяет грабить и говорит: «Им только и остается, что грабить, иначе они отказались бы продвигаться вперед»... Каждый офицер, вступающий в армию Балаховича, обливает себя грязью, которую ничем нельзя смыть».

Расследование, проведенное Лисовским, установило, что только в Турове балаховцами было изнасиловано 70 еврейских девочек в возрасте от 12 до 15 лет. Житель Мозыря А. Найдич так описывал события после взятия города НДА: «В 5 час. вечера балаховцы вступили в город. Крестьянское население радостно встретило балаховцев, но евреи попрятались по квартирам. Сейчас же начался погром с массовыми изнасилованиями, избиениями, издевательствами и убийствами. Офицеры участвовали в погроме наравне с солдатами. Незначительная часть русского населения грабила лавки, вскрытые балаховцами. Всю ночь по городу стояли душу раздирающие крики...»

Советские источники вторили польским, заявляя, что «...все без исключения еврейское население г. Мозыря, насчитывающее 11 000 человек, подверглось повальному ограблению. Разграблены — белье, одежда, посуда, домашние вещи, коровы; забраны все инструменты у рабочих и ремесленников. Убито 32 человека, изнасиловано свыше 300 женщин... Мест. Туров. Еврейское население до 4000 человек. Забрано все имущество. Убит 71 человек, в том числе жители окрестных деревень... Изнасиловано 100 женщин... Мест. Петриков. Еврейское население в 2200 человек... Все еврейское имущество разграблено, много домов сожжено. Убито 45 человек, в том числе евреи из окрестных деревень. Изнасиловано до 100 женщин... Мест. Скрыгалово. Еврейское население в 800 чел. Все разграблено; значительное число домов сожжено, забрано 120 коров и все рабочие инструменты».