— Позвольте представить, — начал Андрей, более жизнерадостно, чем того требовала ситуация. «На взводе» — промелькнуло у нее в голове. — Наш лучший специалист, Екатерина Александровна Архангельская. Именно она вела подготовку по проекту с самого начала.

Она улыбнулась и, наконец, подняла глаза на присутствующих… и тут же улыбка застыла у нее на губах, лицо вытянулось, а сердце пропустило удар. Она встретилась взглядом со знакомыми зелеными глазами за стеклами очков, теми глазами, которые пыталась забыть последние два месяца. Зеленые глаза внимательно изучали ее, лучики в уголках выдавали, что он забавляется комичностью ситуации, но лицо оставалось серьезным.

— Туманишвили Рамаз Георгиевич, — отрекомендовался он, слегка поклонившись.

От звука его голоса у нее по спине поползли мурашки, а сердце быстро застучало, как у пойманной птички. Она пребывала в такой прострации, уставившись на него, что не заметила, как изумленно посмотрел на него мужчина, сидящий справа. Она судорожно пыталась прекратить калейдоскоп воспоминаний, которые из волны уже превращались в цунами и угрожали затопить ее. Она сделала неслышный глубокий вдох, чтобы успокоиться. С трудом, но ей это удалось. Опустив глаза на документы, подтянула вытянутое лицо до нормального состояния, и снова посмотрела на сидящих напротив людей, избегая встречаться взглядом с зелеными глазами. «Господи, что он здесь делает? Как такое может быть? Он еще и грузин! Акцента вообще нет! Он работает у Туманова! Боже мой, теперь мы будем пересекаться на этом проекте! Что делать? Так надо успокоиться! А он знал, что я буду здесь? О, господи, хоть бы он меня не узнал или не вспомнил!». Но зеленые глаза с хитринкой говорили, что он узнал и все помнит. Она положила руки на колени под столом и сильно их сжала, чтобы унять дрожь. Зная по опыту, как помогает деловой вид настроить себя на нужный рабочий лад, она вытащила карандаш из папки и быстро заколола им растрепавшиеся волосы. Так намного лучше! Теперь хотя бы волосы не распущены, и можно напустить на себя серьезный непроницаемый вид.

— Самойлов Игорь Михайлович, менеджер проекта, — поклонился сидящий справа от зеленых глаз.

Дальше все присутствующие начали представляться по рангу, последовал традиционный ритуал обмена визитками. Она зачаровано переводила взгляды с одного представляющегося на другого, стараясь изо всех сил не смотреть в сторону зеленых глаз.

— Ну вот, — подытожил Андрей, когда перекличка закончилась, — все познакомились, давайте приступим к цели нашей встречи.

Она наклонилась к Андрею и спросила шепотом, но почему-то получилось очень громко, так что услышали все присутствующие:

— А Туманова ждать не будем?

Все снова посмотрели на нее, на половине лиц гостей заиграла усмешка.

— Это я, — произнес знакомый голос, и она снова встретилась взглядом с зелеными глазами. Сердце бухнулось куда-то вниз, а цунами с огромной силой ударилось в хрупкую перегородку, которой она загородилась от воспоминаний. К счастью перегородка выдержала и она, удивленно подняв брови, только слегка кивнула.

Ну не говорить же ей, что он был в таком шоке, увидев ее, что представился своим настоящим именем.

— Простите, — пробормотала она, глубоко вздохнув и немного придя в себя от этого еще одного потрясения, снова улыбнулась: — Я сразу не связала фамилию Туманов и Туманишвили, прошу прощения. Ну что же раз все главные действующие лица здесь, давайте приступим.

Как быстро она пришла в себя, восхитился он. Молодец! Ему понадобилось намного больше времени, чтобы успокоиться после взгляда на нее. Он медленно и неслышно выдохнул из себя воздух, он и не заметил, что все это время практически не дышал. Игорь снова удивленно посмотрел на него — да, поведение его адекватным назвать было трудно!

Где-то за перегородкой бились волны-мысли, что делали с ней эти зеленые глаза, эти руки, эти губы одной мартовской ночью. Но она упорно гнала их от себя, не позволяя им даже чуточку выглянуть из-за преграды, которую она поставила. Потому что если она расслабиться хоть на долю секунду, воспоминания ее затопят с головой и она провалит эту встречу.

Как хочется вытащить этот чертов карандаш из ее волос, увидеть, как они упадут тугой волной ей на плечи и спину, как тогда, когда ее волосы рассыпались по подушке его постели, и она выгибалась ему навстречу. Стоп! Надо прекратить это сумасшествие!

Совещание подошло к завершающей стадии, обсудив все намеченные вопросы, уставшие участники уже чувствовали приближение финальной точки. Как вдруг Туманов произнес совершенно будничным тоном и практически не глядя на нее:

— Екатерина Александровна, в следующие две недели у меня запланированы важные встречи по этому проекту. Не могли бы вы принять в них участие? Мне необходима ваша поддержка, вы знаете, для нашей компании это первый проект такого рода, и мне потребуется помощь специалиста. Я хотел бы, чтобы вы присутствовали на всех встречах, а по истечении двух недель мы и подпишем с вами контракт.

Он вопросительно взглянул ей в глаза. Это был вызов! Как будто проверяя, что она будет делать, как выкрутится из сложившейся ситуации. И одновременно ультиматум — если она не согласится, подписание контракта повиснет в воздухе.

Она ответила прямым взглядом, хотя поджилки ее тряслись:

— Я не думаю, что я единственный специалист, который может вам помочь. Уверена, в вашей команде найдутся профессионалы, которые окажут вам помощь лучше, чем я.

— Да, но только вы занимаетесь этим проектом с самого начала, следовательно, знаете все нюансы, мне бы не хотелось попасть впросак на предстоящих встречах, — заметил он, настойчиво заглядывая ей в глаза. «Зачем я это делаю?! Что будет, когда она будет в моем офисе???» Но он уже знал ответ на этот вопрос.