От ощущения его горячей ладони у нее перехватило дыхание. Резко выдохнув, она откинулась на спинку сиденья и немного сползла ниже, не отдавая себе отчет, что тем самым открывает ему дорогу к святая святых.

Машина снова остановилась, его рука поласкав кружева чулка, поползла вниз по внешней стороне бедра к ее колену, туда где заканчивалась юбка. Дыхание остановилось у обоих — оба с замиранием ждали, когда его рука доползет до края юбки.

Все это время он смотрел на дорогу, но ничего не видел. И оба вздрогнули, когда сзади им резко засигналили. Он резко отдернул руку и рванул машину. Она вскрикнула и рассмеялась красивым переливчатым смехом, пытаясь скрыть смущение и снять напряжение. Она приподнялась и поерзала на сиденье, от этого стало еще хуже, она почувствовала, как влажно стало у нее между ног. Низ живота ныл и тянул. Все ее мысли сосредоточились на его руке, только что поднявшей ее на крайне напряженную точку, и теперь спокойно лежащую на руле, как ни в чем не бывало. Она тут страдает от неудовлетворенного желания, а ему хоть бы хны! С этим смириться она не могла!

Они быстро ехали в длинном ряду машин. Она еще отпила коньяка и закрыла бутылку. Некоторое время они молча ехали по ночному городу. Потом снова остановились в ряду машин на светофоре. Все это время она пыталась придумать, как подтолкнуть его к продолжению, напрашивался единственный, но довольно откровенный, вариант.

Ее напряжение достигло апогея. Она потянулась, взяла его руку, которая, кстати, без особого сопротивления оторвалась от руля, как будто он ждал ее приглашения. Положила ее себе на колено, на то место, на котором они закончили в прошлый раз, и с которого она так откровенно предложила ему продолжить. Она услышала, как он с шумом выдохнул, его ладонь накрыла коленку в тонком чулке, пальцы скользнули между колен, лаская внутреннюю поверхность бедра. Рука медленно поползла вверх по внутренней стороне бедра, задирая юбку вверх, обнажая ее ноги.

Она забыла как дышать, с нетерпением ожидая, когда его рука достигнет цели, в то же время желая продлить эти ощущения от медленного поглаживания его руки как можно дольше. Он дышал все чаще, она прекрасно понимала, как он должен быть возбужден сейчас. Наконец его пальцы коснулись кружев, снова чуть сжали ее ногу под резинкой. Она чуть не потеряла сознание, судорожно глотнув воздуха, и с восторгом ожидая продолжения. Ее возбуждало еще и то, что все это он проделывал, не глядя на нее, а сосредоточенно следя за дорогой, и если бы не его частое дыхание она вообще бы не поняла, что он возбужден до крайности. Перебирая пальцами, он достиг конца кружевной резинки, над которой начиналась обнаженная кожа. Она снова затаила дыхание, когда он дотронулся до этого участка кожи на внутренней поверхности бедра, так близко от влажного местечка между ног, которое сейчас изнывало от желания. Им снова засигналили сзади, давая понять, что светофор давно сменил цвет. Он резко убрал руку и рванул машину. Она застонала от разочарования. Он улыбнулся и прошептал:

— Осталось совсем немного, — имея в виду дорогу.

Увидев его самодовольную улыбку, она решила, что ему тоже не помешает дойти до того же состояния, в котором находилась сейчас она — не все же одной мучиться, и произнесла хриплым шепотом:

— Да, оставалось совсем немного!

Он дернулся и резко вдохнул воздух. Машина резко ушла вправо. Машины сигналили, поражаясь такой наглости. Он свернул куда-то во двор. Здесь было темно и тихо. Машина ползла, пока он искал глазами место для парковки. Наконец он остановился, рывком подняв рычаг ручника. Резко наклонившись к ней, нависая над ней, он прошептал почти в самое ее ухо, хрипло и резко:

— Так что? Оставалось совсем немного?

Она часто задышала от напряжения и возбуждения. Он провел пальцем по ее щеке до подбородка, дотронулся до нижней губки. Рот ее приоткрылся, приглашая его к дальнейшим действиям. От него приятно пахло, мужчиной и дорогим парфюмом. Запах затуманивал ей голову, путал мысли.

Он снова провел большим пальцем по нижней губе, потом по верхней. Она прикрыв глаза, непроизвольно коснулась кончиком языка подушечки его пальца. Он резко выдохнул, потом она почувствовала его пальцы на подбородке, лаская он опускался все ниже. Его палец провел линию по ее шее, задержался на ключице, снова оборвав ее дыхание, потом медленно двинулся вниз, раздвигая воротничок рубашки, проводя линию все ниже и ниже пока не уперся в первую преграду — первую пуговичку. Задержавшись на мгновение, заставив ее помучится от неведения, что же будет дальше, он расстегнул пуговичку обеими руками, затем палец правой руки продолжил путешествие вниз приближаясь к ложбинке между грудей, а вторая рука легла на левое колено, снова лаская внутреннюю поверхность бедра, поднимая юбку и стремясь вверх к тому месту, которое уже давно пылало жаром и пульсировало. Его руки одновременно достигли края чулка и края лифчика над левой грудью.

Ей казалось, что она сейчас умрет, потому что терпеть дальше эту сладкую пытку не было никаких сил. Ее бедра раздвинулись, приглашая его к более откровенным ласкам. Она чувствовала, как мокры ее трусики. Бедра сами собой шевельнулись раз, второй, остановить их она уже не могла, как не могла остановить свое частое дыхание. Его рука замерла на ее бедре, сжав пальцами теплую плоть над чулком, не поддаваясь на провоцирующие движения ее бедер. Это в одно и то же время и возбудило ее и раздраконило. Ноздри ее расширились, резко вдыхая воздух, губы поджались, руки впились в сиденье по обеим сторонам.

Блузка разошлась в стороны, так что открыла сиреневый кружевной лифчик, он громко сглотнул, что дало ей понять, что не только она в таком плачевном состоянии.

Она повернула голову оказавшись к нему лицом к лицу и проговорила не разжимая зубов и часто дыша:

— Если ты сейчас же…

Именно в этот момент его пальцы сильно прижались к ее губкам сквозь влажные трусики. Она застонала и стала тереться своим горячим местечком о его твердые пальцы. Рот ее призывно приоткрылся, он поднял руку от ее груди и, снова проведя большим пальцем по нижней губе, положил его ей в рот, который сомкнулся вокруг него. В то же мгновение он отодвинул трусики и вошел двумя пальцами глубоко в нее. Она выгнулась и громко застонала, играя языком с его пальцем и посасывая его. Два пальца внутри нее замерли, войдя на всю глубину. Она открыла глаза, чтобы посмотреть на него, чтобы понять, что он задумал. Увидев, что он наблюдает за ее реакцией и, решив, что ему нужно сказать, чего она хочет, она открыла уже рот, но смогла произнести только:

— Пожалуйста…

В этот момент его пальцы начали сильно трахать ее. Она извивалась насаживаясь на его руку, стараясь достигнуть пика, и он помогал ей в этом, все убыстряя темп, надавливая большим пальцем самый чувствительный бугорок. Наблюдая за ее раскрасневшимся лицом, полузакрытыми глазами и приоткрытым ртом он видел с наслаждением и удивлением, что она близка к оргазму. Она с силой опустилась влажной теснотой на его твердые пальцы, орошенные ее влагой, и громко застонала, забившись в судорогах. Он обнял ее рукой за плечи, привлекая к себе. Она практически упала, прильнув к нему на грудь, все еще содрогаясь.