когда Богдан сделался знаменитым историческим человеком, производили его от

молдавского рода Богданов, властвовавших в Молдавии в ХУ веке 2).

Война с Турцией) придала смелости козацким морским набегам, которые на этот

раз могли совершаться уже без преступления против польского правительства. Козаки

опустошили европейское побережье Турции на Черном море и взяли богатый город

Варну. В сентябре 1620 года гетман Конашевич-Сагайдачный геройски отличился с

своими козаками под Хотином, находясь там вместе с польским войском. Одни козакп

поправили тогда дело. Поляки заключили с Турцией» мир, оставивший их в прежних

отношениях с последнею. Поляки обещали преградить путь морским набегам Козаков

на будущее время 3). Сам Сагайдачный, недовольный этим миром, получив на

сражении тяжелую рану, удалился в киевобратский монастырь, и там в следующем году

скончался.

Уже не раз и прежде козаки ополчались за веру и в 1618 году утопили в Киеве

выдубицкого игумена Грековича за ревностную пропаганду унии 4). В 1620 году,

воспользовавшись проездом через Киев иерусалимского патриарха Феофапа, гетман

Конашевич-Сагайдачный упросил его посвятить в сан православного киепскаищ

митрополита Иова Борецкого, а затем были посвящены владыки на все русские

епархии. Это событие было ударом для римско-католической пропаганды, которая до

сих пор полагала главным образом надежду на успех в том, что православные или

дизуниты, как их окрестили паписты, не имели иерархии.

Поэтому Сигизмунд III объявил новопоставленных архиереев незаконными и

приказывал предавать их суду, а папа Урбан И

П своими буллами разжигал против них

фанатизм своей паствы. Но благодаря той же свободе, которая в Польше дозволяла

папистам свирепствовать над православиемъ— и восстановленная иерархия

утвердилась под покровом козацкого оружия. Сам гетман Сагайдачный только этил

фактом показал свой протест польским стремлениям. За услуги, которые он оказывал

Польше, этот гетман считал поляков в долгу козакам за оказанную помощь королевичу

Владиславу во время его московского похода, но у самых соотечественников не

пользовался слишком хорошим воспоминанием в последующие времена, когда

закоренелая вражда к ляхам стала первейшею гражданскою добродетелью, а дружба с

ляхами—преступлением. Одна малорусская летопись выразилась о нем, что он всегда с

ляхами в мире жил, а иоспольство терпело 5). Как в то время это поспольство было

далеко от того, чтобы, подобно козацкому гетману, жить с ляхами в мире, показывает,

между прочим, и то, что во время хотин-

9 Annal. Polon. Clim., I, 20.

2)

Carra. Hist. de Иа Moldavie. Изд. 1781. 42.

3)

Jak. Sobiesk. Pam. wojn. ehocimsk.

') Рук. И. П. Б. IV. № 36.

г’) Сказ. аж до Богдана Хмельницкого.

Н. КОСТОМАРОВ, КНИГА ГУ.

4

50

ской битвы, когда запорожцы выручали поляков, подольские хлопы тайно служили

туркам и , чуть было пе успели, по наущению последних, зажечь польского обоза *):

видно, что уже в то время для русского хлопа Польша не была отечеством.

Сагайдачный считал ее отечеством, и в этом становился в разрез с поспольством. Такое

разделение с поспольством отчасти перешло вообще на реестровых Козаков.

Реестровые козаки хотя не потеряли связи своей с остальным народом, но, при случае,

были готовы на мировую с ляхами, тогда как в поспольстве год от году развивалась

ожесточенная ненависть. Но как бы то ни было, однако, справедливость требует

признать за Конашевичем-Сагайдачным громадную заслугу для борьбы православного

русского народа с папизмом и нолыцизною—это было восстановление иерархии. С

этих именно пор борьба русского народа с ополяченным шляхетством определеннее и

точнее, чем прежде, покрывалась знаменем оскорбленной и униженной православной

веры.

Строгое запрещение беспокоить турецкие пределы, данное вследствие условий

хотинского мира, не имело у Козаков силы. В следующем же году (1622), когда посол