— Значит, вы не знаете, где она находится сейчас, миссис Морни?

— Я разве не сказала вам? — Она несколько повысила голос.

— Нет. Вы сказали, что полгода не видели ее. Это совсем не одно и то же.

— Кто сказал вам, что я снимала с Линдой квартиру? — резко спросила блондинка.

— Я никогда не раскрываю источника информации, миссис Морни.

— Золотко мое, да вы такой ловкач, что вам впору быть директором танцзала. Значит, я вам должна рассказать все, а вы мне — ничего?

— Мы с вами находимся в разном положении, — сказал я. — Я — наемный работник, действующий согласно инструкции работодателя. У вас же нет причин скрывать что-либо, не так ли?

— Кто ее ищет?

— Ее родители.

— Попытайтесь еще раз. У нее нет родителей.

— Должно быть, вы знакомы с ней довольно близко, раз вам известны такие подробности.

— Может быть, и была когда-то. Но это не означает, что все так и осталось до сих пор.

— О'кей, — сказал я. — Ваш ответ можно понять так: вы знаете, но не хотите говорить.

— Ответ можно понять так, — вдруг вмешался Ваньер, — с вами не хотят больше разговаривать и чем скорее вы уберетесь отсюда, тем приятнее это будет нам.

Я продолжал смотреть на миссис Морни.

Она подмигнула мне и сказала Ваньеру:

— Не надо так грубо, дорогой. Ты страшно обаятелен, но слишком узок в кости. Ты не создан для тяжелой работы. Верно, приятель?

— Я еще не размышлял на эту тему, миссис Морни, — ответил я. — Как вы считаете, мистер Морни сможет мне помочь… или захочет?

Она покачала головой:

— Откуда мне знать? Можете попробовать. Если вы ему не глянетесь, то у него найдется кому вышвырнуть вас отсюда.

— Думаю, вы могли бы мне помочь, если бы захотели.

— И как же вы собираетесь заставить меня захотеть? — Взгляд ее стал приглашающим.

— В этой компании? — Я указал глазами на Ваньера. — Как я могу?

— Интересная мысль. — Она отпила из бокала, глядя на меня поверх него.

Ваньер очень медленно поднялся с места. Лицо его побелело. Он сунул руку за пазуху и процедил сквозь зубы:

— Иди отсюда, ублюдок. Пока еще можешь идти.

Я удивленно посмотрел на него:

— Где ваша утонченность? И только не рассказывайте мне, что носите пистолет под пляжным костюмом.

Блондинка рассмеялась, показав красивые крепкие зубы. Ваньер сунул руку поглубже под рубашку и плотно сжал рот. Его черные глаза были остры и пусты одновременно — как глаза змеи.

— Ты слышал? — спросил он почти нежно. — И не сбрасывай меня со счетов так быстро. Чтобы всадить в тебя пулю, мне потребуется времени меньше, чем для того, чтобы чиркнуть спичкой.

Я посмотрел на блондинку. Она внимательно следила за нами, глаза ее сияли, а чувственный рот был приоткрыт в напряженном ожидании.

Я повернулся и пошел по газону. На полпути я обернулся. Ваньер стоял все в той же позе, держа руку под рубашкой. Глаза блондинки были по-прежнему широко распахнуты и губы так же приоткрыты, но густая тень от зонта падала ей на лицо, и его выражение издалека можно было понять по-разному: как страх и как довольное ожидание.

Я пересек газон и через белую калитку вышел на мощенную кирпичом дорожку в тоннеле из роз. Почти на самом выходе из тоннеля я повернулся, неторопливо прогулялся обратно к калитке и еще раз заглянул в сад. Я и сам не знал, что собирался там увидеть и с какой стороны меня это может касаться. Но кое-что я увидел.

Я увидел, как Ваньер почти распластался на блондинке, целуя ее.

Я потряс головой и пошел прочь.

Красноглазый шофер все еще возился с «кадиллаком». Мытье он уже закончил и теперь протирал стекла большим куском замши. Я обошел машину и встал около него.

— Ну, как дела? — поинтересовался он краем рта.

— Ужасно. Они втоптали меня в грязь.

Он кивнул и продолжал присвистывать, как скребущий лошадь конюх.

— Ты бы поосторожней. Этот тип вооружен, — сказал я. — Или притворяется.

Шофер коротко хохотнул:

— Под этой-то рубашонкой? Не может быть…

— Что за тип этот Ваньер? Чем занимается?

Шофер выпрямился, положил замшу на капот и вытер руки о полотенце, которое теперь было заткнуто за пояс его штанов.

— Женщинами, я так полагаю.

— А не опасно ли — волочиться именно за этой женщиной?

— По мне — так опасно, — согласился шофер. — Но у людей бывают самые разные представления об опасности.

— Где он живет?

— В Шерман Сакс. Она там бывает. И слишком часто.