– Одеялааа, – протяжно тянет зампотылу. – Одеяла я отправил в Logonna, господин капитан – из-за воздушных налетов ....

– А теперь они должны быть снова здесь! – рубит Старик и стягивает лоб в волнистые складки. – По дороге уже не проскочишь, правда, но со стороны моря, еще можно.

И говоря это, обращается ко мне:

– Это задание для тебя! Мы нуждаемся в одеялах, а еще в простынях. Но, в любом случае, не так страшен черт как его малюют... Кок должен быть там. Короче, ты это сделаешь. Завтра поутру возьмешь тридцать человек и два вельбота. Теперь это важнее, чем рисовать и писать: Даю тебе еще боцмана из кадрового состава и маата...

Я сразу спрашиваю себя: Когда начинается прилив? Пока вода заполнит эту полость – насколько придется задержаться? Не хотелось бы пробираться через грязь до твердого берега. Словно прочтя мои мысли, Старик говорит:

– Свяжись со штурманом флотилии, он должен сказать тебе, когда в заливе будет высокая вода. – И затем добавляет:

– В целом все это слишком авантюрно – скорее всего, они замок уже захватили...

Говоря «они» Старик подразумевает американцев.

С пулеметом на треноге установленном на носу вельбота, я кажусь себе вооруженным, как линкор. Кроме пулемета у нас еще дюжина карабинов и пять автоматов.

Небольшая военно-морская группа вторжения! Debarquement en miniature . Вот и я вовлечен в это действо! Побережье Нормандии было разведано наилучшим образом, известно каждое пулеметное гнездо. Однако не имею никого понятия, что нас ждет.

Старик смог бы и получше идею подбросить.

Жестокая и пьяная затея!

«Пьяная затея» это точное слово для этой глупости: В Logonna хранятся, в том числе, еще и большие запасы коньяка... Если янки осмотрят замок сверху донизу, то они натолкнутся на большое количество ящиков Martell – и Hennessy – внизу, в его подвалах.

Эх, если бы это смогла увидеть Симона: настоящая десантная операция! Хотя только на двух вельботах – но все-таки настоящие маленькие вооруженные силы. Бойцы чрезвычайно довольны разнообразием своей размеренной жизни, некоторые безмерно суетятся от охватившего их воодушевления.

Мой первоначальный план, к сожалению, не удается: Я хотел, когда подойдем ближе к берегу, заглушить двигатели и проскользнуть с приливной волной во фьорд. Однако, поток прилива слишком медленен в это время. Поэтому приходится подходить на моторах чуть не до самого замка. В тишине фьорда их шум будет слышен за несколько миль. И если янки уже там не совсем тупые, то они, конечно, поймут, что шум двигателей может происходить только от нашей фирмы: У рыбаков давно уже нет горючего, с год, если не больше.

Когда подходим довольно близко к правому берегу, я говорю себе, «От любопытных глаз с суши здесь нас мог бы защищать этот засаженный лесом склон. А что, если непосредственно наверху, на урезе склона, расположились часовые?»

Смутные воспоминания о ковбойских фильмах охватывают меня: наверху индейские разведчики, а внизу горстка отчаянных парней, которые должны ритмичными, быстрыми гребками весел провести свои лодки через пенящееся устье реки...

Должен ли я прекратить высадку с моими моряками, пока не увижу патруля, прочесывающего берег? Вот дерьмо! Если бы хоть кто-то из моего подразделения знал эту местность! И если бы еще не нужно было ждать, пока они, как тупые вьючные ослы, пройдут по этой местности. Сейчас бы нам здорово пригодилась пара-тройка следопытов. Втайне спрашиваю себя о том, как бы это дело уладил Старик, и тут же находится уже готовый ответ: На одном вельботе подойти к причалу, а другой как огневое прикрытие оставить посреди реки. А сначала только пять человек высадить на сушу.

Приказываю остановиться, жестом подзываю вторую лодку и инструктирую боцмана, который там командует.

А затем все пошло, как и было запланировано: моряки действуют гораздо лучше, чем я думал, и я кажусь себе со своей осторожностью уже нелепым перестраховщиком, когда мой десант – все до последнего, исключая вахтенных, которых я оставил при лодках – стоит перед стеной замка.

В одиночестве, держа автомат наизготовку, плотно прижавшись к стене, пересекаю двор и открываю дверь кухни.

Там за столом сидит кок Майер с двумя парнями и пьет кофе. Увидев меня, он высоко подскакивает, делает стойку, очевидно, ожидая, что я привел с собой гостей. Однако затем видит мой автомат и делает круглые глаза.

– Мне следовало бы высечь Вас, Майер, но я вижу, у Вас дела идут хорошо.

Узнаю, что передовые отряды янки уже были в Le Faou, а также наверху, в деревне. Однако, они не нашли подъезд к замку.

Говорю «Прекрасно!» и «Так-так»! И всматриваюсь в обоих парней: Они совсем не похожи на крестьян.

Быстро объясняю, что мы хотим взять с собой.

– Шнапс останется здесь! – приказываю боцману и твердо добавляю: – Ни одной бутылки здесь не трогать! Вы отвечаете за это – также и за людей из другой лодки!

Пока смотрю по сторонам, чтобы все шло правильно, слышу из арки подвала разговор:

– Зампотылу точно ****улся! Только складывает все и ничего не дает! Я бы пару пузырей стырил!

– Чувак, ты же пьешь только пиво!

– Мудак! Я бы их с собой в отпуск взял. Для мартеля война это фигня, не так?