– Он постоянно живет в этом отеле?

– У него нет постоянного места жительства. В Париже у него есть свой дворец, у него дома во всем мире, но он редко живет в них, предпочитая хорошие отели. Пару лет тому назад умерла его жена, и теперь он все время в движении. Недавно он вернулся из Праги, и я бы не удивился, если бы он опять туда уехал на уик-энд. Вот такой он человек.

Гирланд насторожился.

– А что он делал в Праге?

– Не знаю, – пожал плечами Верн. – Какие-нибудь дела. Никогда бы не подумал, что он тебя может заинтересовать, Марк.

– Это просто так, для записной книжки, – сказал Гирланд, поднимаясь. Спасибо, Жак! Извини, что оторвал тебя от работы.

– Я не задаю тебе никаких вопросов, – сказал озабоченно Верн, – но по дружески хочу предостеречь тебя от каких-нибудь дел с Радницем. Это очень опасно.

– Еще раз благодарю, – улыбнулся Гирланд. – Как только заведутся деньги, свожу тебя в ресторан.

Махнув рукой на прощанье, он вышел из кабинета и поехал домой. Ночью он думал о таинственной женщине, Раднице и Роберте Кейри. Он думал также о Росленде, который лежал в это время изуродованный, с вырванными ногтями.

Последней его мыслью была Тесса с ее золотистыми волосами, стройными ногами и красивым телом…

Услышав телефонный звонок, Дори очнулся от легкой дремоты. Он сидел за столом, положив голову на руки. Джанин, дремавшая на диване, тоже подскочила. Дори снял трубку.

– Хэлло, Дори слушает.

– Это О'Хелорен. Я звоню из аэропорта Орли.

Капитан Тим О'Хелорен был одним из лучших офицеров отдела службы безопасности.

– Мы все проверили здесь. За последнюю неделю прибыло около сотни сенегальцев. Она могла быть среди них, но я сомневаюсь. Я просмотрел все регистрационные карточки. Большинство женщин было с мужьями. С ней мог быть какой-нибудь мужчина, мистер Дори?

– Я не знаю, но это не исключено.

– О'кей. Заставить кого-нибудь покопаться среди женатых?

На это уйдет уйма времени, но раз нужно – значит нужно. Она могла прибыть на пароходе. Пару дней тому назад пришел «Апсервиль». Я уже связался с полицией Марселя, просил выяснить, был еще грузовой пароход из Дакара, он пришел в Дьювакери. Она могла прибыть на нем.

– Сколько на все потребуется времени? – спросил Дори.

– Минимум дней пять. Все, что смогу, сделаю.

– К этому времени она вообще может уехать из страны.

– Вряд ли, мистер Дори. Теперь она не улизнет. Мы контролируем все аэропорты, поезда и пароходы. Чтобы ее найти, нужно время, но уехать ей не удастся.

– Ладно, капитан, приложите все усилия. Это срочно.

Джанин вопросительно смотрела на Дори.

Дори сказал:

– Ты права, мы опоздали. Раз Радниц пошел на убийство, значит у нее было что-то ценное и нужное ему.

– Почему бы не послать кого-нибудь на квартиру к Росленду и не поискать как следует? У него, возможно, где-нибудь лежат списки его агентов?

– Если бы нас там кто-нибудь застал, мы бы попали в хорошенькую переделку. – Он немного подумал, а потом решительно подошел к телефону. Можно поручить Керману, – сказал он, набирая номер и ожидая гудка.

На той стороне провода чей-то заспанный голос произнес:

– Кто это?

Дори быстро объяснил обстановку.

– Срочнейшее дело, Керман. Мне нужен список агентов Росленда. Пойди туда и все перерой вверх тормашками.

– Попытаюсь, – ответил голос и повесил трубку.

– Может быть что-нибудь найдет? – пожал плечами Дори.

– Мы за все поздно беремся. Этот человек Росленда тоже, может, уже мертв.

– Я пошлю двух человек следить за отелем, – сказал Дори. – Если они засекут молодчика с бородкой, мы притащим его сюда и поговорим с ним так же, как они поговорили с Рослендом.

Джанин поднялась и потянулась.

– Теперь ты развернешь деятельность, Джон, а я домой. Очень хочется спать.

– Можешь остаться у меня, есть свободная комната.

Джанин улыбнулась, отрицательно покачав головой:

– Предпочитаю свою кровать, даже когда не одна. Пока.

– Если будут новости, я позвоню тебе, – сказал Дори, не вставая.

– Но не раньше десяти, если, конечно, не срочно, – сказала Джанин, надевая норковое манто.

Джанин вышла из дома и села в свой маленький автомобиль.

Часов в одиннадцать на следующий день, жаря яйца с беконом, Гирланд все время морщился от боли, когда ему приходилось поворачивать голову. Кто-то постучал в дверь, Гирланд открыл ее. На лестничной площадке в кожаном пальто и шляпе стоял Борг.

– Вот ты где, приятель, – сказал Борг и губы его расплылись в дружеской улыбке. – Ну, как шея?