– Дверь все-таки отрылась. В полумраке коридора была маленькая фигурка.

– Лена? – Заплетающимся языком спросил я. Боже, да она же постарела лет на десять!

– Да она это, она. – Твердил мне второй я.

– Саша? – Не веря своим глазам, спросила Лена, - это ты?

– Да, сестренка, - стараясь как можно искренне улыбаться, сказал я.

– Кто там?! – Из комнаты раздался пьяный и не совсем доброжелательный окрик. Я в охапку схватил Лену и ломанулся прочь. Лена что-то кричала, но я уже затащил её в машину.

– Ты что?! С ума сошел?! – Верещала она.

– Лена, тебе сколько лет? – Крутя руль, спросил я. Фигура сестры свернулась комочком на заднем сиденье. Лена плакала. Сначала тихо всхлипывая, потом рыдая навзрыд.

– Бил? – Спросил я, когда сестра немного успокоилась.

– Каждый день бьет. Кричит, что я проститутка, сплю со всеми подряд. А я его люблю, люблю!

Я замолчал. Ну что я могу сказать, если моя сестра дура?!

– Вообще-то, я повторюсь, - отозвался второй я, сидя на сиденье рядом с водительским, - дура, в переводе с латыни, означает «строгая».

– Заткнись! – Процедил я. – Надоело уже!

– Останови, - сказала Лена.

Твою дивизию, этого еще не хватало.

– Лена, это я не тебе, - попытался я все исправить, останавливая автомобиль.

– Саша, ты сам с собой разберись, хорошо? Я рада, что ты вспомнил обо мне, но…

Она вышла из машины и пошла прочь. Стиснув зубы, я вдавил акселератор в пол. Машина неслась как сумасшедшая по ночным улицам. Витрины магазинов и кафе мелькали за окном.

– Решил убиться, врезавшись в столб? – Поинтересовался второй я. Я промолчал. Надоело, все надоело. Хочу отдохнуть.

Девочки стояли вдоль дороги. На любой вкус, какую хочешь. Я остановил машину и подошел к одной из них. Крашеная блондинка, короткая юбка, чулки сеточкой, обтягивающий топик, боевой раскрас на лице.

– Сколько? – Спросил я.

– Договоримся! – Весело ответила проститутка.

– Нет! – Заорал второй я, когда мы садились в машину. – Только не в машине! Я тебя умоляю!

Но кто слушает плод воспаленного воображения?

* * *

Девочка прекрасно справилась со своей задачей и, расплатившись, я высадил её.

– А что ж ты на заднее сиденье сел? – Ехидно поинтересовался я у второго я.

– Завтра отгонишь машину в химчистку. – Ответил собеседник.

Я засмеялся. Я смеялся долго. Боже, какой абсурд! Я говорю сам с собой. Мой фантом меня отчитывает и стыдит! Меня!

– Успокоился? – Спокойно спросил второй я, когда приступ смеха прошел.

– Слушай, а все-таки, зачем я тебе?

Второй я только тяжело вздохнул.

– Я же тебе говорил: помочь тебе разобраться в себе.

– А ты можешь отвалить? А?

– Нет, к сожалению. К твоему великому сожалению.

– Хорошо, уйду я.

Я вышел из машины и направился прочь.

– От проблем не уйдешь, - ответил рядом идущий второй я.

– Не уйдешь… - машинально повторил я, глядя на силуэт моста вдали. А что? Один шаг и все кончено. Вот действительно. Что у меня есть, кроме кучи проблем? Да ничего! Работа, на которой мне ничего не светит. Личная жизнь под откос! С такой-то работой. Один шаг…

– Ну и зачем мы сюда пришли? – Оглядывая старый мост через железнодорожные пути, спросил второй я.

Я не слушал его, я просто перелез через хиленькую ограду и посмотрел в пропасть. Тонкие линии путей. Железный монстр с ревом проносится по ним.

Я посмотрел на самого себя. Перепуганное лицо, круглые глаза, какие-то крики. Я молча сделал шаг. Миг падения, резкая боль и тьма…

* * *

– Ты думал, что от проблем так легко уйти? – Раздался в голове голос. Знакомый и настырный голос.

– Нет, ты ошибался. – Ответил голос. – Надеюсь, что этот опрометчивый поступок вправит тебе мозги. Я же удаляюсь. Благодарю за внимание!

Последнею фразу голос прокричал с такой силой, что я открыл глаза.

Резкий свет постепенно уступал место какой-то комнате. Приборы, трубки, что-то пищит. И зареванная Лена почему-то в белом халате сидит и держит мою руку.

– Саша, - взволновано произнесла она, - ты очнулся?

Да, сестренка, я очнулся. Очнулся от иллюзии, ото сна, от своего эгоизма. Хочешь изменить мир, начни с себя.

Игра

Ада сидел на лужайке с альбомом и красками. Он делал набросок пейзажа. Раскинувшийся под холмом лес, изгиб реки и восходящие к зениту солнце.