– Здравствуйте! А вам кого? – Пролепетала девочка.

– Ксюша, кто там? – Донесся знакомый голос из квартиры. Шелковый тембр ничуть не изменился за эти годы и пережитые беды.

– Какой-то дядя, мама! – Девочка скрылась за дверью. Я осторожно приоткрыл дверь и вошел в квартиру. В коридоре напротив меня в инвалидном кресле сидела Лида. Она немного осунулась, под глазами черные круги.

– Кто вы? – Испугано спросила Лида. Девочка жалась к ней.

Не контролируя себя, я кинулся к ней. Упал на колени и обнял кресло.

– Лида! – На глазах блестели слезы. Я здесь, я рядом.

– Кто вы?! – Она оттолкнула меня. Буквально за несколько секунд она развернула кресло, спрятала дочку в комнате, закрыла дверь и заблокировала её креслом.

– Лида, подожди, я… - попытался оправдаться я. Но смелости мне не хватило, как и десять лет назад.

– Кто вы?! – Она срывалась на истерику.

– Я люблю тебя! – Не выдержал я и так же перешел на крик. – Черт возьми, я все эти годы люблю тебя! С того самого момента, как ты пришла в нашу школу! Как провела первый урок в моем классе!

Истерика была со мной. Я снова припал к её ногам. Она испугано смотрела на меня.

– Прошу, не гони, - слезы катились по щекам. – Прошу тебя, не гони меня.

* * *

– Ты любишь мою маму? – Спросила меня Ксюша. Истерика (и моя, и Лиды) прошла. Мы кое-как разобрались в ситуации и теперь молча сидели и пили чай. Ксюше очень понравились принесенные мной пряники. Лида просто молчала.

– Ксюша, иди в комнату. – Произнесла Лида. Голос был напряжен, если дочка начнет капризничать, её сорвет. Но девочка, ничего не говоря, отправилась в комнату.

– Зачем ты пришел? – На нервах спросила она. – Я тебя даже не помню. – От волнения, чтобы не закричать, она перешла на шепот. – А ты бросаешься к ногам калеки. У меня ничего нет! Хочешь, бери, что унесешь.

– Лида…

– Я не помню тебя! – Она сорвалась.

– Мама? – В дверях стояла Ксюша. Она плакала. Лида протянула руки к дочери и та побежала в её объятья.

Я встал из-за стола, достал кошелек, и выгреб оттуда все что было.

– Вот! – Положил я деньги на стол. – Я сейчас уйду, но вернусь завтра. И буду возвращаться до тех пор, пока ты меня не примешь. Мне плевать, что ты меня не помнишь. Я помню тебя и хочу быть рядом.

После этих слов я накинул плащ и вышел из квартиры. ИДИОТ! Кретин, придурок, безмозглое существо!

Что ты наделал? Ввалился к ней в дом, напугал дочку. Ты мог по-другому? Да, мог, но… ты кретин и не мог по-другому!

– Болван, болван, болван! Что же я наделал? – Корить себя легко, а вот действовать. Во-первых, надо перестать быть маленьким мальчиком, который все делает на эмоциях. Ты показал слабость, потом решил показать силу. Но перед слабой, беспомощной женщиной это сделать легко. И кто ты после этого? Правильно, ты человек, желающей ей только добра и блага, но как ты это делаешь? Добро через силу, что может быть абсурдней. «Если вы не хотите добра, то мы вас к нему принудим».

Во-вторых, она меня не помнит. И если сейчас все получилось уладить миром, то в следующий раз дело может закончиться нарядом милиции. К следующему визиту надо успокоить нервы, усмирить эмоции и подготовиться с материалами. Должны же сохраниться какие-то фотографии со школы.

И в третьих… иди домой, все, что ты мог, ты сегодня испортил.

* * *

– Только тот, кто ловок, победит врагов! Если ты труслив и неуклюж – уходи в свой дом! Только тут ты станешь мужиком! – Во все горло пел мультяшный персонаж с экрана. Люблю я просматривать мультфильмы. В отличие от большинства фильмов (особенно современных) в них нет той злобы, той агрессии, той ненависти ко всему живому. Как можно кино, если там одни убийства, смерть на смерти. Я не говорю про мелодрамы с тоннами соплей, их тоже не мало. Но если сейчас включить ТВ и проклацать пару каналов, обязательно наткнешься на какой-то боевик с продажными ментами, наркобаронами и мелкой швалью поливающих друг друга свинцовым дождем. Уж лучше окунуться в детские воспоминания и посмотреть мультик про отважную девушку, которая ради отца пошла служить в армию, прикинувшись парнем. Вот Мулан, вроде история схожа с солдатом Джейн. Та тоже пошла в армию, но здесь все как-то красивее, прекрасней, интересней даже. Нет, фильм тоже хорошо, но… я выключил его.

Глупый вопрос: а что же я делаю, я умудрился не задать себе. И так понятно, что я пытаюсь уйти от реальности в мир детских фантазий. Еще сегодня днем я говорил, что пора вести себя как взрослый, а сейчас смотрю мультик и радуюсь, что в душе остался ребенком. Ты хочешь стать для неё мужчиной, а не маленьким мальчиком. Так что же ты делаешь? Нет, что же делаю я! Хватит говорить о себе в третьем лице, так и до раздвоения личности недалеко.

А я ничего не делаю. Я просто красиво говорю, но сам ничего не делаю. Я оставляю все на волю случая. Прокатит, не прокатит. Вот в прошлый раз все прошло. Да, не совсем удачно. Но я был рядом с ней. Только, какой с этого толк?

– Я несу бред… - откинувшись в кресле, констатировал я. – Я маленький мальчик, которому нужна не женщина, а мама. Может, я её и не люблю? Просто она старше, и мне хочется быть с ней рядом, как с мамой? Ага, спать с ней и быть как с мамой. Это уже какое-то извращение. Мысли окончательно запутались.

* * *

– Вот мы всем классом на День учителя. – Я показывал Лиде школьные фотографии. – А вот я. Как раз дарю тебе цветы. Вспомнила?

Лида посмотрела на фото, потом на меня, потом снова на фото.