Лицо Хинкля просветлело:

– Это радостное событие, мадам.

– Да. Весьма вероятно, что вам придется присматривать за мистером Рольфом в клинике. Я хочу нанять дополнительный персонал, который примет на себя некоторые из ваших наименее ответственных обязанностей, Хинкль.

– Вот как? – Голос Хинкля стал холодным. – Заверяю вас, мадам, я прекрасно могу справиться и без дополнительного персонала.

Хельга ожидала сопротивления и приготовилась к нему, твердо решив сделать по-своему.

– В отеле работает один молодой человек… – отрывисто бросила она. – Он явно не глуп и заслуживает внимания. Я люблю помогать молодежи, когда для этого представляется случай. Я нанимаю его и хочу, чтобы вы передали ему свои второстепенные обязанности. Хинкль, вы сделаете это для меня?

Хинкль внимательно посмотрел, увидел непреклонность в ее глазах и, поджав губы, наклонил голову:

– Если таково ваше желание, мадам.

– Никаких известий от мисс Шейлы? – Она встала.

– Нет, мадам, пока никаких. – Он тоже поднялся.

– Тогда оставляю вас наедине с мистером Локком. – Она улыбнулась. – Дик Джонс… так зовут юношу. Положите ему жалованье в сто долларов на всем готовом и присмотрите, чтобы он их зарабатывал, Хинкль. Я скажу ему, чтобы он связался с вами.

– Хорошо, мадам.

Хельга вернулась в отель, перед которым уже стояла машина. Поблагодарив портье, она села за руль малолитражки и направилась в сторону Норд-Бич-роуд. Остановившись перед домом 1150, Хельга вышла из машины, отворила шаткую калитку и зашагала по заросшей сорняками дорожке. Она знала, что с противоположной стороны улицы на нее с любопытством глазели люди, сидящие на своих обветшалых верандах и крылечках.

Не обращая на них внимания, Хельга постучала в дверь. Через минуту перед ней появилась высокая толстая женщина. Ее черные и слегка налитые кровью глаза удивленно расширились при виде элегантно одетой белой незнакомки, стоявшей на пороге ее бунгало.

– Миссис Джонс? – Хельга улыбнулась. – Я хочу поговорить с вами о Дике.

Толстуха внимательно разглядывала ее. С тех пор как Хельга видела ее на террасе, она переоделась в чистое и аккуратное красное хлопчатобумажное платье. Ее голову покрывал цветастый платок.

– О моем сыне? – Ее голос был мягким и глубоким. Хельга без труда представила себе, каким прекрасным контральто могла петь эта женщина.

– Я – миссис Герман Рольф, – сказала она.

– Миссис Рольф? – Женщина широко раскрыла глаза, потом ее взгляд пробежал по соседям, глазеющим на нее из окон и веранд соседних бунгало.

– Войдите, пожалуйста.

Она ввела гостью в маленькую, аккуратную и чистую гостиную. Здесь стоял потертый диван, два таких же потертых кресла, старый телевизор и стол, на котором стоял папоротник в горшке. На стене висела фотография высокого и веселого на вид белого мужчины, улыбавшегося Хельге из золоченой рамы. Он был одет в неопрятный белый костюм, и в его шутливой позе чувствовалась какая-то запущенность. «Жизнерадостный неудачник, – определила Хельга. – Вероятно, владелец плантации сахарного тростника, которому не хватило трудолюбия». Присмотревшись к портрету, она поняла, от кого Дик Джонс унаследовал свою миловидность.

Миссис Джонс закрыла дверь.

– Сегодня утром я читала о мистере Рольфе, – сказала она, – примите мои соболезнования. Ужасно, когда с таким прекрасным человеком происходит такое несчастье.

– Благодарю вас.

Последовала пауза, во время которой две женщины из совершенно разных миров рассматривали друг друга.

Потом миссис Джонс произнесла:

– Присядьте, пожалуйста, мэм. Жилье у нас небольшое, но все же…

– Это ваш муж? – спросила Хельга, садясь.

– Это Гарри Джонс… никудышный человек, но он подарил мне Дика, слава Богу.

– Я хочу поговорить о вашем сыне, миссис Джонс. – Ей сильно хотелось закурить, одновременно она инстинктивно чувствовала, что хозяйка отнеслась бы к этому отрицательно, а Хельге хотелось ей понравиться. – Он убирает мой номер в отеле. Мне кажется, что он умен, воспитан и старателен. Мне необходимо пополнить штат служащих в моем доме в Парадиз-Сити… Совсем недалеко от Майами. Для него это будет прекрасный случай выдвинуться. Но прежде чем говорить с ним, я решила посоветоваться с вами и попросить вашего согласия. – Она снова улыбнулась. – Он поработает под руководством моего мажордома, который будет учителем вашего сына. Плата хорошая, и, кроме того, ему представится возможность съездить в Нью-Йорк и в Европу.

– Господи помилуй! – Миссис Джонс всплеснула руками. – С чего это такой важной леди, как вы, заниматься моим сыном?

Хельга заставила себя рассмеяться.

– Уж такой у меня характер, миссис Джонс. При моих деньгах у меня есть возможность помогать простым людям. Увидев вашего сына за работой, я решила, что могла бы помочь ему, а он стал бы помощником в моем доме. Я знаю, как матери привязаны к своим сыновьям. Мне самой не хотелось бы расставаться с хорошим сыном, но я сказала себе, что он не должен упускать свой шанс.