— Не за что, Грейнджер. Есть идеи, где нам пещеры искать? — спросил парень.

— Да, нам нужно двинуться вдоль озера, пошли.

— Не вопрос, веди.

Они прошли некоторое расстояние по направлению к Хогсмиду.

— Держимся левее, — командовала Гермиона.

Пройдя еще немного, девушка заметила темнеющий проем.

— Вот вход в одну из пещер.

Они пригнулись, так как свод был довольно низким. Внутри было темно.

— Люмос Максима! — произнесла Гермиона, и пещера озарилась светом. Внутри было довольно таки просторно.

Блейз заметил:

— Кажется, мы не первые тут.

На порожках, выдолбленных в стене, виднелись потеки воска. Пещера сама по себе была круглой, отполированный камень наводил на мысли, что эта пещера совсем не природного происхождения. В центре находилось удачное небольшое возвышение. Гермиона уже прикинула, что и где она расположит.

— Забини, это отличная пещера, идеально подходит.

— Это хорошо, что мы нашли пещеру. Ты мне скажи, когда ты хочешь провести ритуал?

— Завтра все подготовим, а на следующий день проведу.

— Так быстро? — удивился Блейз.

— Я чувствую, ему плохо, я должна ему помочь.

Забини вздохнул.

— Я понимаю. Ты не представляешь, Грейнджер, что у меня внутри.

Гермиона похлопала его по плечу.

— Представляю.

Всю дорогу к замку они прошли молча.

Гермиона устало плелась в сторону гостиной старост. Все эти поиски камней, пещеры, да и подготовка к ритуалу очень вымотали ее. Если бы Забини не помогал ей, она бы, возможно, не справилась. Он, все-таки, оказывал ей огромную помощь.

«Значит, он тоже дорожит Малфоем. Удивительно, на Слизерине умеют дружить и ценить друг друга. Не ожидала…»

Гермиона не знала, как расскажет Малфою о своей идее. И расскажет ли вообще. Ведь его гордость не позволит принять помощь от нее. Это же Малфой.

Гермиона улыбнулась. Несколько месяцев назад все было иначе. Если бы ей кто-нибудь сказал, что она станет жертвовать собой ради слизеринца, то она, вероятно, рассмеялась бы и посчитала человека, сказавшего такое, сумасшедшим.

«Да-а, как все меняется».

Сейчас смерть не казалась такой уж и страшной. Наверное, погибнуть ради любимого человека не такая плохая участь.

Гермиона отчаянно надеялась, что родители и друзья поймут ее, хотя это и маловероятно. Рон и Гарри всю жизнь ненавидели Малфоя, и это было взаимно. Единственная, кто изменилась, она сама. Почему она перестала ненавидеть его? Кто знает. Но теперь она любит его. И хочет, чтобы он был счастлив.

Вот так, размышляя обо всем, девушка дошла до портрета.

— Хвост русалки, — произнесла она и вошла внутрь.

В гостиной было тепло и уютно. Малфой стоял спиной к ней и смотрел на огонь в камине.

«И все-таки, как же он возмужал…»

Гермиона вновь залюбовалась им. Сейчас он был одет, как всегда, во все черное. Такой привычный цвет. Девушка уже не могла представить его в какой-либо другой одежде. Да и ей не представится возможности. Это печалило ее, но зато он будет жить, и это главное.

Простояв несколько минут, Гермиона, все-таки, сделала пару шагов. Малфой обернулся. Лицо его было, как всегда, бледным. Раньше ей нравилась его бледность, но сейчас она причиняла боль. Теперь, когда она все знала.

Малфой протянул к ней руку, и она смело вложила свою ладонь в его. Он приблизил ее к себе и крепко прижал, будто боялся, что она исчезнет. Во всех его движениях читалось такое смирение, что Гермионе становилось еще больнее. На глаза навернулись ненужные слезы.

Пытаясь не заплакать, девушка сильнее прижалась к парню. От него так приятно пахло кофе. Этот запах стал такими родными для нее.

Так и не расцепив объятий, они присели на диван. В его надежных руках Гермиона начала успокаиваться. Дыхание ее стало размеренным, а веки тяжелели с каждой секундой. Усталость взяла свое.

Не в силах больше сдерживаться, она погрузилась в сон.

Драко стоял у камина. Мысли его были забиты только ей… Грейнджер.

Он так и не могу понять, когда он успел так привязаться к ней. Нет…Полюбить. Теперь, когда жить ему оставалось так немного, он, наконец, мог быть честным с собой. Он любил ее. Любил по-особому.

Всю свою жизнь он не знал этого чувства, не испытывал его. И кто бы мог подумать? Он влюбился в нее. Влюбился, как мальчишка. Окончательно и бесповоротно.

Это была такая ирония. Знаменитый Драко Малфой полюбил гриффиндорку. И какую, подружку этого выродка Поттера.