– Я мог бы спать на диване рядом с тобой, как мы делали в грузовике.

Он подмигнул мне и положил голову мне на колени. Я инстинктивно прикоснулась к его волосам, пропуская их между пальцами. Мне действительно хотелось, чтобы он прилег со мной на диване, почувствовать его руки вокруг моих. Было бы так легко уснуть в его объятиях, когда я совершенно ослабла от действия лекарств и жара. Но я не могла допустить этого.

– Мы не может этого сделать, - прошептала я.

Разочарование отразилось на его лице, когда он встал.

– Хорошо. Я пойду в комнату, что по коридору. Зови, если тебе что-нибудь понадобится, ладно?

– Позову.

– Ты будешь спать здесь или пойдешь к себе?

– Мне нравится спать здесь.

Когда он уже выходил из комнаты, я окликнула его, у меня был хриплый и скрипучий голос:

– Шторм?
– Он повернулся и посмотрел на меня. – Я рада, что ты здесь.

Не успела я и глазом моргнуть, как он оказался возле меня и склонился над моим лицом.

– Если бы не была больна, я бы умолял показать, насколько ты рада.

По моему телу пронеслась волна тепла, никак не связанная с лихорадкой, и опустилась между ног. Он поцеловал меня в щеку и ушел. Черт бы его побрал! Как ему удавалось так влиять на мои внутренности? Я не могла отказать себе в удовольствии и любовалась его задом, когда он шел через комнату и исчез в коридоре, в комнате для гостей. Чертовски горячо! Как на мужчине могут так сидеть джинсы?

Так странно, я ощущала его присутствие в доме. Словно энергия, которая его окружала, распространилась, и я чувствовала ее каждой клеточкой своего тела. Он как теплое печенье, только из духовки, с потрясающе вкусным ароматом, которое упрашивает, чтобы ты откусила хоть кусочек.

Видимо, я сейчас в страшном бреду, раз сравниваю сексуального мужчину с шоколадным печеньем. Помоги мне, Боже. Мне необходимо либо перепихнуться, либо сесть на диету. А может, и то, и другое.

Какое везение, что от всех таблеток меня сразу клонит в сон, потому что в противном случае я бы вряд ли смогла уснуть, зная, что Шторм был в соседней комнате. То, что он был в моем доме, вызывало смешанные чувства: волнение и страх. Что будет, если Майкл узнает и обвинит меня в обмане? Хотя он без ума от Шторма и его группы, может он и не станет переживать, если узнает, что Шторм был здесь. Но, не думаю, что он будет рад узнать, что между нами своего рода сексуальное напряжение, и он дважды заставил меня кончить, пусть я и не хотела. Уже одного этого должно быть достаточно, чтобы я указала Шторму на дверь. Я всегда поступаю правильно. Вот, кто я. Я честная, надежная, преданная. Я хорошая девочка.

Но сейчас я, вроде как, немного плохая. Оставаясь так близко к тому, к чему я не должна была приближаться, я испытывала такой кайф, как никогда прежде. Со Штормом я переживаю те чувства, о которых только читала в книгах, чувства, которым нет места в реальной жизни, так я считала. Мне нравится, что в моей жизни появился этот крошечный кусочек сексуального и сладкого табу. Я пыталась выбросить его из моей головы, но он как бумеранг, который всегда летит обратно к тебе.

– Как ты себя чувствуешь?

Я так потерялась в собственных мыслях, что не поняла, что он был рядом. Честно говоря, мне не стало лучше. На самом деле, мне было еще хуже.

– А?

– Сосредоточься. Тебе стало хоть немного лучше? Ты очень бледная.

Я покачала головой и зашлась в приступе кашля. Из-за того, как сильно я кашляла, ребра начали меня убивать. Он стоял там и смотрел на меня в своих джинсах и без футболки. Его длинные волосы «только-из-постели» торчали в разные стороны, что делало его еще сексуальнее и даже очаровательнее, словно он маленький ребенок, которого нужно подстричь. Каждый раз, когда я смотрела на его голую грудь, я чувствовала, что теряю контроль над своими глазами. Я понимала, что должна отвести взгляд, но не могла. Мои глаза все время возвращались, исследовали его покрытую чернилами плоть, будто он был моим личным крушением поезда в огне. Он знал, как я на него смотрела, и я видела, что он разрывается между заботой о заболевшей мне и желанием выдать какую-нибудь саркастичную, сексуальную фразочку.

– Ты приняла лекарство? – к моему удивлению, он выбрал вариант «забота»

– Еще нет.

– Хорошо. Я собирался что-нибудь тебе приготовить. Не возражаешь, если я воспользуюсь твоей кухней?

Я потянулась к салфеткам и высморкалась.

– Можешь воспользоваться, - сказала я, не сильно беспокоясь о том, что сенсорная панель может повлечь за собой возможные сложности.

Я чувствовала себя совершенно неизящной, уверена, и выглядела я так же. Я услышала, как он что-то искал, а потом заработал блендер. Какого черта он там делает, и почему я согласилась на это? У меня совершенно нет аппетита, и что бы он там не придумал, с уверенностью заявляю, что есть я это не буду.

Несколькими минутами спустя, он протянул мне стакан с чем-то, что было похоже на апельсиновое смузи, как то, что вы можете купить в торговом центре. Мм, как вкусно.

– О, ух ты! – сказала я и выпила еще немного. Было очень вкусно. – Оно такооое классное.

Я сделала еще глоток:

– Что здесь?

Он засиял из-за того, как мне понравился его апельсиновый напиток.

– Это апельсиновый сок, немного молока и мед.

– Потрясающе! Спасибо.

Он указал на лекарства на журнальном столике рядом со мной.