Я воспользовалась уборной и проверила свой вид в зеркале перед тем, как вернуться в гостиную. Откинувшись в кресле, я зашептала Шторму на ухо:

– Ты не говорил, что у тебя есть брат близнец.

– У меня его и нет. – Он поднес клубнику к моим губам.

Я откусила половинку, а он съел оставшуюся часть, не прерывая нашего зрительного контакта. Для меня совместное лакомство фруктами никогда не было таким сексуальным.

– Тогда с кем я только что столкнулась в ванной, полуголый парень выглядел как ты?

Он проглотил свои половинку клубники.

– Это Ашер. Он на год меня старше. Но мы очень похожи.

– Святое дерьмо. И ты не мог меня предупредить.

– Я забыл.

– Он назвал меня Снежной цыпочкой!

Шторм начал посмеиваться.

– Что там такого смешного, вы двое? – спросил Ронни.

– Эвелин столкнулась с Ашером, и он назвал ее Снежной цыпочкой.

Все рассмеялись. Не надо мной, слава Богу, но, кажется, что-то в этом их изрядно развеселило.

– Дорогая, он всем дает прозвища, - объяснила Ария. – Не принимай это слишком лично. Он абсолютно безвредный.

– И пьяный, - добавила Рейн.

– Рейн, не начинай, - предупредил Шторм. Она скорчила ему рожицу, и я захихикала. Вот бы и у меня была младшая сестра.

Весь ужин состоял из пяти блюд. К третьему блюду я так наелась, что едва могла съесть что-то еще. Я попробовала все, чтобы быть вежливой, хотя не привыкла столько есть. Шторм буквально выел все, а потом доел и то, что оставила я. Ашер не присоединился к нам на ужин, и мне стало любопытно, в чем его проблема и где он прячется, и почему. Надеюсь, это не из-за меня. Может быть, он не хотел, чтобы на рождество с ними была незнакомка. Или, возможно, как намекнула Рейн, он где-то зависает и напивается.

После ужина Ария подошла ко мне и предложила устроить экскурсию по дому. Я согласилась и позволила увести себя из комнаты.

– Мам! Не рассказывай ей ничего постыдного обо мне! – прокричал Шторм нам вслед.

– Я только покажу ей детские фотографии, на которых ты голышом! – прокричала она ему в ответ, беря меня под руку.

– Не хочу показаться какой-то фанаткой, но я читала все ваши книги, - сказала я ей. – Я и представить не могла, что вы мама Шторма. Он сообщил мне об этом только по дороге сюда.

– Спасибо. Если ты какую-то еще не читала, скажи мне, и я дам тебе, какую захочешь. Я почти закончила написание последней. И с радостью отправлю тебе один экземпляр до того, как она попадет в продажу.

– Ух, спасибо вам!

Через кухню мы прошли в другую часть дома, в красивую комнату, в которой все стены были из стекла. Она взяла меня за руку, и мы сели на длинный белый диван. Должна признать, семья Шторма очень любящая. И это нисколько не раздражает. Вообще-то, это даже располагает к себе.

– Тебе здесь весело? Мы так рады, что Шторм пригласил тебя приехать.

Я кивнула.

– Да, здесь хорошо. Я тоже рада, что приехала. Сначала не хотела ехать, но Шторм очень настойчивый.

– Да, он такой. Это одна из его многих черт характера.

– Ему очень повезло, что у него есть все вы.

– Нам с ним тоже повезло, – она наклонилась ко мне. – Твои родители умерли, когда тебе было семнадцать? – тихо спросила Ария.

Я немного опешила. Я никогда не рассказывала Шторму об этом.

– Да, они попали в аварию, - сказала я, глядя себе под ноги. Я не любила говорить о своих родителях, особенно с теми, кого едва знала.

– Эвелин, я хочу, чтобы ты знала, что мне пришлось проверить информацию о тебе. И до того, как ты расстроишься, пожалуйста, пойми, что я сделала это только потому, что люблю своего сына. Мне нужно было узнать, было ли в твоем прошлом что-то… ну, плохое.

Ой. Даже не знаю, как на такое и реагировать. Она наводила справки обо мне? Неужели думала, что я преступница?

Ария продолжила:

– Я хотела бы извиниться за вторжение в твою личную жизнь. Непросто быть матерью и смотреть, как страдает твой ребенок. Шторм через многое прошел. Все они. Одно дело, если они ходят на тусовки и просто развлекаются с девушками, что, конечно, я не оправдываю как достойное поведение, но совсем другое, когда я вижу, что они относятся к кому-то серьезно. Мой первый инстинкт – узнать об этом человеке все, что смогу. Думаю, проверкой фактов во мне руководит писатель.

Я кивнула в знак понимания.