Когда я вхожу в спальню, она уже скинула ботинки и расстегивает джинсы.

Я бросаю куртку на стул.

– Ты уверена? – спрашиваю я, не в силах отвести глаз от ее обнаженной кожи.

Ниель закусывает губу и кивает. Снимает джинсы, носки и ложится на кровать. Я смотрю ей в глаза, ищу намек на то, что она меня разыгрывает. Это было бы жестоко, особенно теперь, когда я вижу ее перед собой всю, как она есть. Очень жестоко.

Я хватаюсь за вырез футболки, стаскиваю ее с себя, швыряю на пол. Нарочно не оглядываюсь – боюсь, что если оглянусь хоть на секунду, то сразу проснусь. Я уже прежде видел это во сне.

– Ух ты! – Она поднимает брови. – Не ожидала такое увидеть.

Я замираю. Я ведь еще даже штаны не снял. И тут понимаю – это она о моих бицепсах. Не знаю, как реагировать. Что сказать? Спасибо? Я решаю ничего не говорить, наклоняюсь над Ниель, лежащей на кровати, и она гладит руками мою кожу, отчего по ней тут же бегут мурашки. Я тихонько целую Ниель, нависая сверху.

– Ты мне только скажи, что нужно делать, – бормочет она, не отрывая своих губ от моих.

Я резко отстраняюсь и изумленно гляжу на нее:

– Не понял.

– Просто… скажи мне, как это делают. – Ее голубые глаза чуть беспокойно ловят мой взгляд.

– Погоди. – Я выпрямляюсь. – Ниель, у тебя что, никого до меня не было? – Да нет, не может быть. Тут что-то не так, за этим кроется какой-то подвох.

– Ну да, – просто отвечает она, приподнявшись на локте. – Это же ничего, правда?

Я киваю, стараясь сообразить.

– Но… – Я чуть не спрашиваю про Кайла. Останавливаюсь в последнюю секунду. – Ты же встречалась с… другими парнями… давно? Да?

– Да, встречалась, – отвечает она и садится.

– И как же ты тогда осталась девственницей?

– Я никогда не позволяла никому меня трогать, – без обиняков заявляет Ниель. – Но тебе я доверяю, Кэл. Я всегда тебе доверяла.

Ох ты, блин! Опять эти слова: «Я тебе доверяю». В них слишком много ожиданий. Черт, я сейчас эти слова ненавижу! И вдруг вспоминаю то, что я сказал тогда на глазурном дереве: мол, в первый раз у всех без исключения бывает паршиво. Теперь это выйдет мне боком. Ну и дела!

Я собираю одежду Ниель и протягиваю ей.

– Что такое? – спрашивает она и забирает вещи. – Ты не хочешь секса со мной?

– Еще как хочу, – заверяю я ее, натягивая рубашку. – Но теперь я должен стать исключением.

– В каком смысле? – недоумевает Ниель и сидит, сложив одежду на коленях, не двигаясь.

– Сделай мне одолжение, ладно? Иди оденься в ванной и подожди, пока я за тобой не приду. Хорошо?

Ниель медленно кивает, все еще ничего не понимая. Когда она встает, я тихонько беру ее за руки и нежно целую в губы:

– Мне нужна всего одна минутка.

– Ладно, – тихо говорит она и выходит из комнаты.

Я закрываю за ней дверь и, зажмурившись, ерошу волосы. Вот блин! Надо взять себя в руки, времени мало. Я перевожу дыхание и иду к шкафу. Где-то там должна быть коробка с… Ага, вот они. Свечи. Я расставляю свечи-стаканчики по всей комнате и зажигаю их. Расправляю простыни на постели. Включаю свой айфон. Выбираю плей-лист поприличнее. И вырубаю свет.

Отхожу к двери, окидываю взглядом комнату. Так гораздо лучше.

Прежде чем выйти, я достаю из ящика комода презерватив и кладу его на столик у кровати. Обычно я не подхожу к этому так прямолинейно. Предпочитаю, чтобы он появился словно бы из ниоткуда. Но сейчас и так будет достаточно напряженный момент, и мне не хочется еще и презерватив искать, когда дело дойдет до него.

В последнюю минуту решаю снять ботинки и носки. Они вечно убивают нужное настроение. От них ведь никак незаметно не избавишься. Когда я выхожу из комнаты, душ выключается. Не ожидал. Я улыбаюсь, уже предвкушая запах ее чистой кожи.

А все-таки мне трудно поверить, что у Кайла с Николь не было секса. Нет, разумеется, я не в претензии. Но готов поклясться, что…

Я наблюдаю, как Брэди и Крейг играют в дартс на выпивку. Внезапно мне на мобильник звонит Рей:

Кэл, ты где?

Внизу. А ты?

А я возле двери. Можешь ко мне выйти?

– Рей пришла, – говорю я. – Я к ней поднимусь ненадолго, а потом сразу вернусь.

– Ладно, – отвечают ребята хором, не глядя на меня.